Российская экономика - ожидания и основные вызовы
Рубен Ениколопов, научный руководитель РЭШ: «От российской экономики я ожидаю продолжения того же сценария, который наблюдался в 2023 г. – рост экономики прежде всего за счет бюджетных вливаний в ВПК. При всех признаках перегрева экономики рост объясняется прежде всего не увеличением человеческого или физического капитала и не увеличением производительности, а более интенсивным использованием имеющихся ресурсов. Увеличение бюджетных расходов идет во многом за счет роста бюджетного дефицита. В принципе, такая модель может поддержать экономику в течение всего 2024 г., но перегрев экономики рано или поздно приводит к негативным последствиям. Мы уже наблюдаем дефицит рабочей силы и рост зарплат, который становится проблемой для развития бизнеса, не являющегося бенефициаром бюджетных расходов. Кроме того, это подстегивает инфляцию, что заставляет ЦБ поднимать процентные ставки, что, в свою очередь, делает более дорогим инвестиции в физический капитал, что также оказывает негативное влияние на развитие бизнеса. Рано или поздно эти проблемы приведут к замеделению экономики, но сейчас сложно сказать, когда именно это произойдет».
Олег Шибанов, профессор финансов РЭШ: «В 2023 г. экономика активно росла, но в ближайшие пару лет темпы будут более умеренными, базовый прогноз – рост ВВП на 1-2%, безработица останется в районе 3%. Инфляция в 2023 г. скорее всего превысит 7,5%, а дальше у аналитиков очень большой разброс прогнозов; мои личные оценки – инфляция в 2024 г. будет гораздо ниже, чем в 2023 г., но до таргета ЦБ в 4% не опустится. Перегревом экономики обычно называют ситуацию, когда темпы роста ВВП отклоняются от долгосрочных трендов. Если потенциал роста экономики – 1-1,5%, а она растет на 3%, это выглядит перегревом. Экономисты смотрят не только на рост ВВП, но и на загрузку мощностей, инфляцию, рынок труда, рост зарплат и доходов и так далее, то есть на многие переменные, которые обычно подают более-менее одинаковые сигналы. И я бы сказал, что сейчас есть сигналы об отклонении экономики от ее долгосрочных потенциальных возможностей. По крайней мере, инфляция сигнализирует об этом.
И все же с выводами нужно быть осторожнее, поскольку в 2022 г. экономика падала на 2,1% и рост на 3% в 2023 г. – это результат в том числе восстановления спроса. Краткосрочно ситуация выглядит перегревом, но, возможно, это результат того, что мы просто в какие-то годы падаем, а в какие-то – растем быстрее тренда».
Примечание: прогноз не отражает мнение организаций, где работает Олег Шибанов
Валерий Черноокий, профессор РЭШ: «В 2024 г. я ожидаю замедление роста ВВП России до 1-1,5%. Высокие темпы экономического роста в уходящем 2023 г. (составляющие по различным оценкам 2,8-3%) были обусловлены значительными бюджетными расходами и восстановлением потребительской и инвестиционной активности после кризисного 2022 г. Эти же факторы привели и к серьезному перегреву российской экономики. Безработица находится на исторически низком уровне, и напряженная ситуация на рынке труда во многом подпитывает высокие темпы инфляции.
Проводимая Банком России жесткая денежно-кредитная политика будет постепенно замедлять темпы роста потребительского и корпоративного кредитования и охлаждать экономическую активность в частном секторе. Рост же общей факторной производительности и потенциального ВВП будет, как и ранее, сдерживаться санкционным давлением и структурными проблемами российской экономики. Единственным драйвером роста в следующем году продолжит оставаться оборонно-промышленный сектор и смежные с ним отрасли экономики».
Максим Буев, экономист, проректор РЭШ: «В ситуации с нехваткой рабочей силы в отдельных секторах экономики будут расти зарплаты, а ЦБ будет держать ключевую ставку высокой. Фискальная политика будет оказывать давление в другую сторону по сравнению с политикой ЦБ, и инфляция рискует стать устойчивой. Поэтому не исключены и дальнейшие повышения ключевой ставки Центральным банком.
Высокая ставка означает, что в российской экономике расти будут лишь те сектора, которые кредитуются по льготным ставкам, а их производственный процесс прямо завязан на снабжение ВПК. В других секторах экономики будут нарастать стагнационные тенденции. Мы наблюдаем классический пример так называемого вытеснения (crowding out) частных инвестиций государственными со всеми сопутствующими эффектами. В целом экономика должна исчерпать ресурс «краткосрочной перестройки» или восстановления цепочек поставок после шоков 2020-2022 гг., она окончательно приспособится к жизни в новых реалиях и ограничениях. Дальнешего «роста приспособления» я не ожидаю. Без достижения мира в 2024 этот год станет первым полноценным годом долгосрочной рецессии российской экономики».
Наталья Волчкова, профессор, директор Центра экономических и финансовых исследований и разработок РЭШ (ЦЭФИР РЭШ): «Переориентация российских торговых потоков, продолжающаяся второй год, и ограниченная существующей инфраструктарой, в 2024 г. в целом завершится и в дальнейшем будет определяться двумя факторами – инфрастуктурой и санкциями. Причем вторичные санкции будут играть все большую роль. Импортозамещение будет оказывать значительное давление на российский рынок труда, усливая тенденцию опережающего роста зарплат по отношению к производительности.