Происходит ли стабилизация экономики?

В последние недели официальные представители экономического блока правительства сделали ряд заявлений о стабилизации ситуации в экономике после валютного кризиса декабря 2014 года, а также начали обсуждать траекторию развития в 2016-2018 гг. в рамках разработки трёхлетнего прогноза. Оптимизм чиновников можно оправдать попыткой вернуть доверие инвесторов, подорванное событиями 2014 года, однако, если исходить из объективных показателей, поводов для оптимизма не так уж много. С одной стороны, это укрепление курса рубля (к доллару на 15%) по сравнению с минимумами, достигнутыми в январе текущего года (цены на нефть за тот же период подросли примерно на 27%). С другой стороны, это снижение инфляции в марте до 1%, вызванное исчерпанием большей части негативных эффектов прошедшей девальвации и контрсанкций, а также резким снижением спроса в первые два месяца 2015 года. Следует отметить, что, несмотря на то, что экономический блок (и особенно Центральный Банк), достаточно успешно справляются с решением задачи стабилизации денежной сферы, главные риски, которые могут в любой момент подорвать достигнутую стабильность, находятся за пределами их контроля (ситуация на нефтяном рынке и внешнеполитическая ситуация). В отличие от денежной сферы, динамика показателей роста в начале 2015 года не подаёт признаков стабилизации. По итогам февраля рассчитываемый Центром развития индекс выпуска в базовых отраслях экономики (близкий к динамике ВВП) снизился на 3% к февралю прошлого года. С учетом того, что рост ВВП в 2014 году составил всего 0,6%, а в 2013-м - 1,3%, такие масштабы падения говорят о снижении объёма экономики к уровням примерно трёхлетней давности. Наиболее сильные темпы снижения в годовом выражении демонстрируют оптовая и розничная торговля, а также строительство. Что касается промышленности, то, по нашим оценкам, спад в феврале был в основном связан с падением (на 25% г/г) в подотрасли "Производство судов, летательных и космических аппаратов и прочих транспортных средств", которая в прошлом году обеспечивала основной вклад в положительную динамику. При исключении влияния этого фактора "рыночный" сектор промышленности в целом пока, скорее, находится в стагнации. При этом отдельные (экспортоориентированные) отрасли чувствуют себя лучше, в то время как другие (например, машиностроение и лёгкая промышленность) находятся в упадке. Возможности для улучшения экономической динамики в 2015 году ограничены как снижением спроса, так и проблемами, связанными с ухудшением финансового состояния предприятий. По итогам 2014 года финансовые результаты и рентабельность снизились до минимальных значений со времени кризиса 2008-2009 гг. В то же время резко подскочили убытки убыточных предприятий. Также как и рост выпуска, рост прибыли от продаж был зафиксирован в основном у экспортёров, в то время как отрасли обработки страдали от отрицательной переоценки долгов и материальных затрат. Сокращение финансового результата по итогам прошлого года является ресурсным ограничением для текущих и будущих инвестиций, особенно в условиях малой доступности и подорожания заёмных ресурсов. С учётом этого, а также сохранения в первые два месяца 2015 года интенсивного оттока капитала (25 млрд долл., по нашей оценке), мы считаем маловероятным скорый возврат к положительной динамике инвестиций, которые пока демонстрируют падение более чем на 6% год к году. В отличие от кризиса 2008-2009 гг., нынешний в существенно большей степени бьёт по населению как с точки зрения динамики реальных зарплат, так и с точки зрения потребительского спроса на товары, которые по итогам февраля вернулись на уровень трёхлетней давности. Для сравнения, на пике прошлого кризиса потери в уровне благосостояния ограничивались примерно полутора годами. По нашим оценкам, с учетом складывающихся тенденций масштабы падения экономики в 2015 году составят 5,0-5,3%, что хуже текущих официальных прогнозов. Среднесрочные перспективы, к рассмотрению которых сейчас приступило правительство в рамках работы над прогнозом и бюджетом на следующую трёхлетку, содержат в себе ещё большую неопределённость, чем текущий год. Увы, при обсуждении прогноза речь идёт лишь о сценариях, при которых цена на нефть вырастет до 80 или даже до 100 долл./барр. к 2018 году, что очевидно позволит вернуться к положительным темпам экономического роста и более крепкому рублю. На наш взгляд, с учетом разнонаправленных тенденций нефтяного рынка, сценарий сохранения цен на нефть на уровнях 40-60 долл./барр. является не менее вероятным и его следует рассматривать наравне со сценариями, предполагающими рост нефтяных цен. Очевидно, что при сохранении текущих цен на нефть и стабильном курсе рубля, в 2016-2017 годы все средства Резервного фонда и остатки ФНБ будут израсходованы даже при продолжении линии на ежегодное сокращение расходов по 5% в реальном выражении. Однако мы должны сказать, что даже в случае умеренного роста цен на нефть (до 80 долл./барр.) проблемы сбалансированности бюджета и поддержания комфортного уровня бюджетных расходов одновременно не решаются, что приводит к исчерпанию Резервного фонда к 2018 году. Учитывая большую зависимость доходной части бюджета не только от цен на нефть, но и от динамики валютного курса и инфляции, это означает, что задача достижения бюджетной сбалансированности в ближайшие три года будет находиться в жёстком противоречии с целями снижения инфляции и стабилизации курса.