Новогоднее обращение В.В. Папы всея Рашки. За кадром. (вне конкурса «Перезагрузка» ) Александра Рубанович, обозреватель проекта «Рашка» …На головы членов съемочной группы обильно сыпется
Новогоднее обращение В.В. Папы всея Рашки. За кадром. (вне конкурса «Перезагрузка» )
Александра Рубанович, обозреватель проекта «Рашка»
…На головы членов съемочной группы обильно сыпется пенопласт. Рабочие, матерясь, вот уже 40 минут пытаются ввинтить в землю кадку с искусственной елкой, которая то и дело заваливается на огромный кусок картона, изображающий зимний Кремль. Взмыленный режиссер «Новогоднего обращения» шастает туда-сюда по съемочной площадке и активно всем мешает. Осветитель Вася, вооружившись гвоздями и молотком, пытается прибить к картону флаг Рашки так, чтобы он «типа развевался» на главном шпиле. Флаг вместо того, чтобы развеваться, тряпкой хлещет осветителя Васю по лицу. Все остальные смотрят на это все, курят и ржут.
Режиссер постоянно всех подгоняет, предрекая дождь и, как результат, полный ступор процесса. Да, в Австрии сейчас, как на грех, оттепель. С другой стороны, хорошо, что катание на лыжах временно откладывается, а то неизвестно, когда это «обращение» вообще делать…
В сторонке от всего этого действа стоит президент Рашки В.В. Папа. От нечего делать он пытается передвигать взглядом валяющиеся на земле окурки и тихо бормочет себе под нос: «Уважаемые, дорогие мои рашкинцы!.. Поздравляю вас с годовщиной победы в Великой… Так, стоп! Это же не тот текст!»
Слегка прищурившись, президент находит взглядом режиссера и усилием мысли пододвигает его к себе, от чего режиссер делается бледен и крайне взволнован. Он знал силу президентского прищура, но никак не мог к ней привыкнуть… как и многие другие.
- Федя, мы какое обращение сейчас делать будем?
- Эээ… Новогоднее, уважаемый В.В. Папа (со страху запихивая в рот вторую сигарету, не успев докурить первую)
- Так. А какого, прости меня, лешего ты мне половину текста для Дня Победы подсунул?! Не пора ли тебе мозги поменять, а? Или ты хочешь, чтобы я тебя в будуаре освежил? Ты ж знаешь – я в этом деле весьма неплох!
- Так точно, господин президент! Виноват, сейчас другой текст принесем!
- Не надо мне уже ничего! Я и так текст наизусть знаю…
Я вот что хотел спросить – ты чего это куришь, Федя? Я же, по-моему, запретил.
Причем в масштабах всей страны… А ты мне что – от мертвого осла уши вместо послушания предлагаешь? А? Не слышу! Ты, кстати, за кого голосовал в Думу? А, Федя?
В.В. Папа щурился все сильнее и сильнее, явно подозревая режиссера в государственной измене. От силы президентского гнева флаг, старательно прибитый гвоздями к картону, начал развеваться так, что сбил с ног осветителя Васю. Съемочную группу сдуло за декорации и успешно засыпало пенопластом, а оператора чуть не прибило искусственной елкой. У режиссера отскочили все пуговицы на пиджаке, а сигареты – те вообще рассыпались в пыль. Шалея от ужаса, Федя, будучи человеком явно везучим (совсем как один наш тренер), в последний момент взял-таки себя в руки и заорал, как резаный: «Все по местам!!!!! Гады, держите картон!!!!!! Убью всех!!! Ты куда пошел?! Твою… вытаскивай его из-под елки!!! Живее!!! Камера готова?! Воистину!.. Мотоооор!!!!!!!!!!!!!»
Как выяснилось позже, режиссер своими воплями спас всю команду.
В.В. Папа, будучи человеком организованным, сразу повернулся в сторону камеры, позабыв про инцидент. А поскольку он был президентом, да еще и не первый год, лицо его автоматически озарила улыбка предельной любви к народу. Блестя увлажнившимися от слез счастья за страну глазами, президент Рашки тихо, но твердо произнес:
«Уважаемые, дорогие мои рашкинцы!.. Поздравляю вас с Новым годом!..»
… Президент говорил не больше 5 минут. Ровно через 8 минут его уже не было на съемочной площадке – дела не ждали…
Осветитель Вася методично выдирал из картона гвозди, дворники заметали ненужный больше пенопластовый снег, а режиссер Федя, сопя носом, ползал по земле и складывал в карман пиджака оторванные пуговицы. Кстати, в новом году он уже больше не курил.