4 сценария войны в Иране

США и Иран неожиданно согласились на перемирие на фоне эскалации в Ормузском проливе. Цены на нефть устремились вниз, а фондовые рынки — вверх. Какие риски недооценивают инвесторы, и почему впереди возможно лишь временное затишье? Американский экономист, профессор Нью-Йоркского университета Нуриэль Рубини в колонке для Project Syndicate рассмотрел четыре сценария войны в Иране.

После свержения иранского режима и бомбардировок позиций Корпуса стражей исламской революции в течение 40 дней администрация Трампа не смогла добиться капитуляции и оставила Ирану контроль над Ормузским проливом. Иран наносит удары по критически важной инфраструктуре стран Совета сотрудничества Персидского залива (Gulf Cooperation Council) и угрожает судоходству, после чего Соединенные Штаты вернулись к режиму TACO (Trump always chickens out: «Трамп всегда трусит»), согласившись на прекращение огня. А теперь растущая инфляция и замедление экономической активности указывают на стагфляцию — как раз вовремя, чтобы разозлить избирателей перед промежуточными выборами в США.

Итак, что произойдет дальше? Существует четыре возможных сценария.

Во-первых, нынешнее прекращение огня может привести к успешным переговорам о прекращении военных действий и открытию Ормузского пролива. У США здесь есть определенные рычаги влияния, поскольку блокада всего морского сообщения с иранскими портами усиливает финансовое давление на режим. Трамп, вероятно, надеется, что более умеренная фракция — возможно, во главе со спикером парламента Мохаммадом-Багером Галибафом — сможет убедить сторонников жесткой линии в том, что компромисс по ядерной программе принесет как ослабление санкций, так и восстановление доходов от судоходства через пролив.

Но этот сценарий маловероятен, поскольку режим может выдержать экономические трудности гораздо дольше, чем Трамп (учитывая приближающиеся промежуточные выборы). Более того, стороны по-прежнему далеки друг от друга по многим вопросам, а не только по ядерным амбициям Ирана. США возражают против иранских программ баллистических ракет и беспилотников, их поддержки радикальных исламистских группировок на Ближнем Востоке, пошлин, которые они хотят ввести на судоходство через Ормузский пролив, и других вопросов. Урегулирование даже одного из них потребует длительных и сложных переговоров с участием серьезных, опытных переговорщиков.

Второй сценарий отражает это. Перемирие продолжается, но переговоры затягиваются еще на несколько месяцев, в то время как пролив остается заблокированным. В целом, сегодня ситуация именно такова, и она далека от идеальной. Статус-кво наносит значительный экономический и финансовый ущерб мировой экономике, цены на нефть и энергоносители растут, и даже превысили пиковые значения, достигнутые за 40 дней боевых действий.

В таких условиях глобальный экономический рост снизится, а инфляция вырастет. Но поскольку второй сценарий по своей природе нестабилен, он не может продолжаться более двух-трех месяцев. Он должен уступить место либо первому сценарию (одна из сторон уступит и продемонстрирует готовность к компромиссу, достаточному для открытия пролива и обеспечения более постоянного прекращения огня), либо эскалации конфликта. Действительно, военные столкновения в Персидском заливе на этой неделе демонстрируют хрупкость любого прекращения огня без соглашения.

В третьем сценарии США и Израиль будут эскалировать конфликт, задействовав все имеющиеся в их распоряжении военные, экономические и другие средства, чтобы заставить противника капитулировать или добиться краха режима. В случае капитуляции режим должен будет согласиться на полное прекращение обогащения урана и безоговорочно разблокировать пролив. Это был бы наилучший исход для США, Европы, Азии (включая Китай) и остального мира.

Риск, конечно, заключается в том, что иранский режим переживет такую эскалацию. В четвертом сценарии он использовал бы оставшиеся баллистические ракеты, беспилотники и военно-морские силы для нанесения значительного и необратимого ущерба еще большему количеству энергетических объектов Персидского залива, сохраняя при этом контроль над проливом. Если бы это произошло, цены на нефть подскочили бы до 200 долларов за баррель или даже превысили бы эту отметку, и мы бы столкнулись со стагфляцией в стиле 1970-х годов, глобальной рецессией и «медвежьим» рынком акций.

Безусловно, эскалация могла бы подтолкнуть обе стороны к поиску решения путем переговоров, причем второй сценарий (статус-кво) должен был бы пройти через третий или четвертый сценарий, прежде чем вернуться к первому. Но это менее вероятно, поскольку мы бы вернулись к переговорам о прекращении огня, — и мы бы уже увидели, насколько мало это дало. Таким образом, эскалация может скорее выйти из-под контроля, чем привести к возвращению к согласованному прекращению огня.

Хотя Трамп надеется на первый сценарий, он, вероятно, лишь выдает желаемое за действительное. В Тегеране преимущество на стороне радикалов и сторонников жесткой линии. Они уже продемонстрировали свою готовность и способность выдержать экономические последствия блокады, этой осенью они не предстанут перед избирателями.

Что касается долгосрочных экономических и рыночных последствий, то третий сценарий идеален, поскольку он означал бы постоянное открытие пролива. Вторым лучшим сценарием был бы первый; но он означал бы, что Иран мог бы закрыть пролив в любой момент при угрозах США или Израиля. Такая возможность привела бы к постоянной 15-20-процентной премии на нефть по сравнению с довоенным уровнем. Тем не менее, нынешняя ситуация (второй сценарий) хуже, потому что каждый месяц, в течение которого прекращение огня не приводит к соглашению, будет снижать глобальный рост и повышать инфляцию. Единственный худший исход — четвертый сценарий.

Учитывая столь серьезные риски, некоторые могут задаться вопросом, почему мировые рынки, начиная с американских и азиатских акций, недавно достигли новых высот.

Я вижу две причины. Во-первых, инвесторы ожидают, что перемирие каким-то образом скоро станет постоянным, что подразумевает значительно более низкие цены на нефть. Во-вторых, похоже, существует предположение, что благоприятные факторы, связанные с бумом ИИ и центров обработки данных, будут гораздо сильнее, чем негативные последствия войны.

Но если вы в это верите, вас может ждать неприятный сюрприз. Рынки не только закладывают в цены более высокую вероятность постоянного прекращения огня (более 75%), чем это возможно на самом деле, но и если мы все-таки добьемся эскалации, это приведет к еще большей экономической и рыночной волатильности и рискам снижения даже при самом благоприятном сценарии. Хотя эскалация, которая приведет к капитуляции режима, более вероятна, чем та, которая приведет к стагфляции в стиле 1970-х годов, рынки все равно недооценят риск возникновения проблем в это время. Для любого, кто окажется на неправильной стороне торговли, это было бы не менее болезненно, если бы боль длилась месяцы, а не годы или десятилетия.

Источник