Валютные коридоры заканчиваются стенкой (на конкурс "Вам и не снилось") В&K Эта ситуация развивалась после завершения эпохи ваучеров. Шальные деньги, заработанные на спекуляциях, искали себ

Валютные коридоры заканчиваются стенкой
(на конкурс "Вам и не снилось")

В&K

Эта ситуация развивалась после завершения эпохи ваучеров. Шальные деньги, заработанные на спекуляциях, искали себе новое достойное применение (в производство тогда, хоть убей, вкладываться никто не хотел). Применение (не пристанище), где можно было бы оборачивать средства с той же скоростью и доходностью, что и ваучеры. Индекс РТС еще не родился. И площадка, на которой торговали ваучерами, гармонично открыла секцию торговли фьючерсными контрактами рубль/доллар. Наша фирма, как и многие другие, с энтузиазмом взялась за новое дело, но к концу 1994-го стало ясно, что ликвидность не та, да и крупных денег, когда спекулянты зарабатывали на том, что проиграл другой, – не заработать. Нужен был другой подход, и он был найден. После черного вторника 11 октября 1994-го, когда за один день на Московской Межбанковской Валютной Бирже курс доллара вырос с 3081 до 3926 рублей, Правительство, ЦБ и Минфин всеми силами старались оттянуть деньги с валютного рынка, заманивая высокой доходностью ГКО.

Наша схема была следующей:
1. Пользуясь дисбалансом между валютными и рублевыми ставками, мы принимали валюту от населения на 3 и 6 месяцев под 5% в валюте в месяц(!);
2. Конвертировали доллары в рубли через свои же обменные пункты;
3. За рубли покупали ГКО с погашением 3 и 6 месяцев и доходностью около180% годовых. При этом возникал риск внезапного изменения валютного курса, ведь в действительности никто не знал, по каким ценам мы будем покупать валюту, спустя несколько месяцев, чтобы вернуть населению. Для этой цели мы покупали фьючерсные контракты на поставку долларов США, с поставкой соответственно через 3 и 6 месяцев. На такой операции зарабатывали гарантированно, практически ничем не рискуя. Хотя другие участники, естественно думали, что мы покупаем с целью спекуляций и несем убытки. Да, мы теряли на том, что стоимость купленных нами контрактов падала, но эти потери были нашей платой за риск.

С начала 1995 года мы стали стабильным покупателем контрактов на поставку долларов, а другой крупный участник (его номер был 272-ой) – постоянным продавцом. И как продавец, он был кровно заинтересован каждые торги опускать котировки в среднем на 0.5% ,благо ситуация на спот-рынке этому способствовала. По правилам биржи, залог за открытые позиции составлял 10%. Изменение (вариационную маржу), если не хватало средств на счете, необходимо было вносить до начала следующих торгов, в противном случае позиции закрывались принудительно. Также, по правилам биржи, максимальное изменение цены за одни торги не могло быть более 10% от закрытия предыдущего дня. Еще один пункт гласил, что в расчетную цену не принимались сделки, совершенные внутри одной конторы (т.е. 272-ой или какой-нибудь другой конторой). При покупке/продаже контракта самому себе или своим клиентам, ведущий торгов стучал деревянным молоточком, оператор заносила сделку в компьютер, но в расчет цены такая сделка не принималась. Мы выступали в роли хеджера, т.е страховали свои риски, а 272-ой – спекулянтом: он брал на себя эти риски, продавая нам контракты и зарабатывая на падении курса доллара. В общем, в накладе никто не оставался.

Ситуация кардинальным образом поменялась 5 июля 1995 года, когда правительство и Центробанк РФ заявили о том, что "в целях обеспечения стабильности на валютном рынке, защиты отечественных производителей и населения", впервые, на три месяца устанавливаются границы допустимых изменений обменного курса рубля на биржевом и межбанковском валютном рынках. Нижняя граница была определена в размере 4300 руб. за $1, а верхняя - 4900 руб. за $1, т.е. это был валютный коридор. Для нас это означало, что в покупке контрактов пропадал всякий смысл: ведь с обещаниями правительства приходится считаться, а 272-ой между тем продолжал продавать другим участникам торгов контракты в мелких объемах и с одной целью: понизить котировки, а положительную вариационную маржу время от времени снимать себе «на жисть».

Вот здесь-то и созрел новый план. Мы «сговорились» с другой конторой, ее номер 224 и она тоже покупала контракты со спекулятивной целью и несла убытки. Выждали время, и за 5 дней до объявления о продлении валютного коридора пошли в контратаку. Интрига заключалась в том, что никто реально, кроме самого правительства и Центробанка, не знал, будет ли продлен валютный коридор или нет. Если проводить параллели с сегодняшним днем, то это как изменение ставки ФРС США. Все начинают делать прогнозы, на сколько поднимут ставку: на 0.25 или на 0.5 базисных пункта, или сделают паузу...

В августе 1995-го ситуация на спот рынке не отличалась стабильностью. Фактически перестали существовать рынки МБК, объем неплатежей достиг астрономических сумм. Инициатором стал крупный оператор КБ Лефортовский, который не смог закрыться, т.е продать купленные средства по более высокой цене. И потянул за собой весь рынок. Все в один голос твердили, что курс доллара долго не удержится в заявленных рамках, т.к. это не соответствует текущей экономической ситуации и интересам экспортеров. Вот такой новостной фон был в те дни.
Итак, до заявления оставалось 5 дней.

День первый. Первая половина торгов прошла как обычно: 272-ой продавил немного котировки вниз. И тут мы выступили в совершенно новом для себя качестве. Как говорится, ждали нас на кораблях - а мы с горы на лыжах! Во второй половине торгов мы стали скупать все подряд, по любым ценам: поначалу 272-ой продал немного контрактов, но затем продажи прекратил ввиду неопределенности ситуации. Тем не менее, 1-я часть плана была выполнена – изменение цены составило максимальные +10% и оказалась далеко за рамками валютного коридора, что было в противофазе со спот-рынком.

День второй. Торги начинаются с нашего наступления. Выставляем заявку на покупку по максимально допустимой цене. 272-ой не продает, но и позиции свои не закрывает. Резонный вопрос: а что, кроме него нет продавцов?! Остальные участники торгов предпочли закрыться накануне, и перешли в ряды сторонних наблюдателей. Благо было за чем наблюдать. 272-ой пришел на торги с... (В этом месте искушенный в биржевой торговле читатель по логике вещей скажет, что с чемоданом денег, с чем же еще? для того чтобы открыть еще больше коротких позиций и поставить нас на место). Ан, нет. Вместо того, чтобы придумать что-то техничное, он пришел с бан-ди-та-ми и сильным желанием вернуть котировки на первоначальный уровень. Но на бирже, как известно, торги проводятся по правилам, а не по понятиям. Прошу прощения, отвлекся. Заявка висит по максимальной цене, но никто не продает - ситуация патовая. Однако у нас в рукаве есть козырной туз - 224-й. Он продает несколько контрактов и дело сделано – еще плюс 10%.

День третий: Перед торгами объявляют, что 272-ой не внес вариационную маржу, и день проходит под лозунгом: «Даешь принудительное закрытие позиций!». Естественно, мы и 224-й выставили все свои контракты на продажу по максимальной цене.
Итог: 272-го закрыли по максимальной цене, использовав для этого его залог. В результате он не просто понес убытки, а был разорен. По сути своей нами был применен такой прием как открытое давление на рынок (для того времени шаг поистине революционный). Много позже, в сентябре – октябре 2004г., похожий прием был применен на ММВБ на Мосэнерго. Самое тяжелое для того, кто затевает такие маневры, – продержаться первое время, т.к. нужны существенные ресурсы. В течение последующих торгов цена вернулась к исходникам. А тут подоспело совместное заявление ЦБ и Правительства о продлении валютного коридора еще на четыре месяца в тех же самых границах (4300-4900). И цены на контракты медленно, но верно поползли вниз. На бирже остался один крупный игрок, равных по весу соперников не нашлось, торги со временем сошли на нет, и биржа прекратила свое существование.

Выводы. Я согласен, что успешные торговцы сидят тихо как мыши, ничего не пишут и берегут cвой душевный покой. Деньги любят тишину. Также не спорю с тем, что научить чему-то могут собственные ошибки, а не успехи. Однако, я твердо убежден, что по-настоящему крупные капиталы зарабатывают не просто на спекуляциях, а на многоходовых комбинациях в связке с непредсказуемостью и четко выверенным планом.

P.S.: Безусловно, есть еще множество сделок, успешных и провальных по всем статьям. На этот счет у меня все ходы записаны. Однако. Почему из всего этого множества наиболее яркие воспоминания оставила и в результате была выбрана именно эта? Видимо, потому что все «боевые действия» разворачивались в живую. На глазах у всех. Тот самый человеческий фактор, когда перед торгами участники, если и не здоровались за руку, то приветствовали друг друга кивком головы, а все эмоции оппонентов в ходе торгов, их манера поведения были видны как на ладони. Что абсолютно исключено в эпоху интернет-трейдинга.