Три важнейших элемента энергореформы не состоялись
Со дня официального старта процесса реформирования российской электроэнергетики в 2001 году прошло 5 лет. Эта дата – отличный повод оценить общую ситуацию, складывающуюся в этой сфере, обобщить некоторые фактические тенденции развития ситуации в секторе, выдвинуть предположения о возможных сценариях развития ситуации в будущем. Об этом задумались и поделились своими выводами специалисты Института энергетической политики.
Как отмечается в разработанном ими обзоре "О развитии ситуации в области реформирования российской электроэнергетики", в 2004-2006 гг. существенно изменились как структура электроэнергетической отрасли, так и содержание государственной политики ее реформирования. В результате того, что к настоящему моменту завершена реструктуризация вертикально-интегрированных компаний сектора, как это предусмотрено программой реформирования, сегодня электроэнергетический сектор в целом уже де-факто разделен по видам деятельности.
Кроме того, в период 2004-2006 гг. произошла серьезная ревизия содержания самой программы преобразований, хотя она не всегда была отражена в виде изменений, вносимых в постановление правительства РФ от 11 июля 2001 г. № 526. На сегодняшний день ясно, что разработанная новая модель оптового рынка электроэнергии не предполагает масштабной либерализации рынка в ближайшей перспективе, сохраняя, в основном, существующий масштаб сектора регулируемого ценообразования и предполагая снижение его доли лишь в неопределенной перспективе. "При этом, с учетом приближающегося электорального цикла 2007-2008 гг. ясно, что политическое решение о либерализации рынка будет затягиваться", - полагают специалисты института.
Очевидно и то, что решение о ликвидации РАО "ЕЭС России" откладывается на какое-то время. Это крайне важно с точки зрения определения среднесрочных перспектив развития сектора, полагают эксперты. В ближайшие годы централизованная структура управления сектором сохранится, а это означает, что основные инвестиционные решения будут приниматься централизованно, а экономическая среда в отрасли будет по-прежнему испытывать сильное влияние монополии, поддерживая высокие барьеры входа для инвесторов и минимизируя условия для конкуренции.
Помимо выше сказанного, правительство РФ так и не решилось на масштабный выход из основного потенциально конкурентного сектора – генерации, соответствующие решения откладываются как минимум на период 2008 г. и позднее. Пока объявлено лишь, что в 2006-2007 гг. могут состояться две сделки по продаже акций ОГК частным инвесторам посредством дополнительных эмиссий акций – в отношении ОГК-5 (ноябрь 2006 г.) и ОГК-4 (2007 г.), однако в результате дополнительных эмиссий акций, судя по объявленным их параметрам, государство все равно сохранит контроль – доля государства в ОГК-5 снизится с 87,6% до 75,03%, а в ОГК-4 – с 89,6% до 50% плюс одна акция. Перспективы дальнейшего выхода государства из капитала генерирующих компаний не определены. В итоге может лишь снизиться (но не уменьшиться ниже контрольной) доля государства в компаниях, в совокупности контролирующих менее 10% установленной мощности электростанций в России.
Таким образом, по сути три важнейших элемента реформ – либерализация рынка электроэнергии, децентрализация управления и выход государства из генерации электроэнергии – не состоялись, и перспективы дальнейшего принятия решений по этим направлениям крайне туманны. Единственное, что удается осуществить – реструктуризация сектора по видам деятельности, однако, опять таки, в рамках сохранения централизованной структуры управления электроэнергетикой под государственным контролем. Наиболее очевидным следствием складывающейся новой ситуации следует считать резкую активизацию принятия централизованных инвестиционных решений, чего в предыдущие годы не наблюдалось. Так, в марте 2006 года РАО "ЕЭС России" утвердило перечень вводов объектов тепловой генерации в ЕЭС России в 2006-2010 гг, предполагающий ввод примерно 20 тыс. МВт новой генерирующей мощности, а в августе 2006 г. правление РАО "ЕЭС России" одобрило 5-летнюю инвестиционную программу ОГК, ТГК, ГидроОГК, СО-ЦДУ, ФСК, РСК и материнской компании Холдинга на период до 2010 г. включительно, для реализации которой требуется примерно 78 млрд. долл. Обсуждается программа строительства новых 40 атомных энергоблоков в период до 2030 г. Таких масштабных централизованных решений в отрасли не принималось со времен СССР.
В период ожидания реформ в электроэнергетической отрасли продолжалась негативная динамика, во многом послужившая в свое время причиной для постановки вопроса о проведении реформ. Отрасль испытывает явный дефицит инвестиций в модернизацию производства, который в последние годы обострился: с 2000 по 2005 годы по показателю износа основных производственных фондов электроэнергетика переместилась на последнее место среди отраслей промышленности, тогда как еще в 2000 г. ситуация была относительно благополучной по сравнению с другими отраслями. Уровень износа ОПФ показал негативную динамику, в отличие большинства от других отраслей промышленности, где модернизация разными темпами, но все же происходила, а коэффициент обновления ОПФ в электроэнергетике хотя и слегка вырос в 2003-2004 гг., но в основном – в связи со значительными вводами новых мощностей (Бурейская ГЭС и др.). Т.е. в отрасли, за исключениям ряда новых вводов мощностей, в основном начатых строительством еще в советское время, практически не происходила модернизация. По данным РАО "ЕЭС России", 34% оборудования электростанций в России старше 1970 года выпуска.
Износ основных фондов по отраслям промышленности в 2000-2005 г.
| 2000 | 2005 | ||
|---|---|---|---|
| Всего по промышленности | 50,4 | Всего по промышленности | 50,6 |
| Газовая промышленность | 19,8 | Газовая промышленность | 30,4 |
| Пищевая промышленность | 39,2 | Пищевая промышленность | 35,0 |
| Угольная промышленность | 43,7 | Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность | 40,9 |
| Цветная металлургия | 45,7 | Угольная промышленность | 41,2 |
| Электроэнергетика | 49,9 | Нефтеперерабатывающая промышленность | 41,5 |
| Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность | 50,2 | Цветная металлургия | 43,4 |
| Черная металлургия | 51,7 | Промышленность строительных материалов | 44,3 |
| Промышленность строительных материалов | 52,2 | Легкая промышленность | 47,8 |
| Легкая промышленность | 52,4 | Черная металлургия | 49,4 |
| Машиностроение и металлообработка | 52,6 | Машиностроение и металлообработка | 51,2 |
| Нефтедобывающая промышленность | 53,3 | Химическая и нефтехимическая промышленность | 51,3 |
| Нефтеперерабатывающая промышленность | 56,4 | Нефтедобывающая промышленность | 53,9 |
| Химическая и нефтехимическая промышленность | 58,4 | Электроэнергетика | 56,4 |
Коэффициент обновления основных фондов в различных отраслях промышленности в 2004 г.
| Вся промышленность | 1,9 |
| Нефтеперерабатывающая промышленность | 4,4 |
| Нефтедобывающая промышленность | 3,7 |
| Пищевая промышленность | 3,3 |
| Угольная промышленность | 2,7 |
| Цветная металлургия | 2,7 |
| Лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность | 2,2 |
| Промышленность строительных материалов | 2,1 |
| Черная металлургия | 2,0 |
| Электроэнергетика | 1,7 |
| Газовая промышленность | 1,5 |
| Химическая и нефтехимическая промышленность | 1,2 |
| Машиностроение и металлообработка | 1,0 |
Хотя в последние годы в электроэнергетике инвестиции в основной капитал довольно неплохо росли по объемам, а рентабельность сектора в целом в последние годы была достаточно удовлетворительной, централизованная модель функционирования сектора не смогла обеспечить эффективную аллокацию финансовых ресурсов. В последние годы, например, максимальные объемы финансирования строительства новых энергомощностей, направляемые в рамках процесса реализации старых строительных заделов, были направлены на строительство новых энергообъектов в энергозонах Сибири и Дальнего Востока, где, как видно из приведенной ниже таблицы, наименьший дефицит генерирующих мощностей.
Прогнозируемый дефицит генерирующих мощностей по энергозонам в 2010 г.
| Энергозона | Дефицит генерирующих мощностей, тыс. МВт |
|---|---|
| ОЭС Урала | 4400 |
| ОЭС Центра | 3600 |
| ОЭС Юга | 3200 |
| ОЭС Северо-Запада | 2700 |
| ОЭС Сибири | 2000 |
| ОЭС Востока | 1000 |
Это является следствием инвестиционных решений по переходящим проектам, принятым более 10 лет назад, однако в связи с длительным инвестиционным циклом в отрасли нельзя сказать, что такое расхождение в планировании и фактическом развитии спроса на электроэнергию не повторится в будущем по отношению к тем проектам, которые одобряются сейчас.
Достаточно ясен наблюдателям и профиль компаний, которые могут стать потенциальными инвесторами в развитие электроэнергетики. Понимание этого профиля становится возможным как в результате общих изменений инвестиционного климата в России, отсекающих ряд типов потенциальных инвесторов (в основном международных, в первую очередь институциональных) от будущего участия в приватизации энергокомпаний, так и в результате анализа состава существующих стратегических инвесторов в акции РАО "ЕЭС России" и его дочерних обществ, которые с большой вероятностью могут рассматриваться как покупатели акций ОГК и ТГК в будущем. Уже ясно, что среди прямых инвесторов в основном не будет российских и международных институциональных инвесторов, а также, возможно, стратегических международных инвесторов. Сегодня о намерениях инвестировать в электроэнергетику говорят в основном крупные российские промышленные группы, имеющие экономические интересы не столько в модернизации активов отрасли, сколько в т.н. стратегии captive power – установлении контроля над энергообъектами для увеличения прибыльности смежного бизнеса, будь то топливный бизнес ("Газпром", "Лукойл", СУЭК, "Ренова") или бизнес, связанный с потреблением электроэнергии ("БазЭл", "Интеррос", "Евразхолдинг", та же "Ренова"), в основном металлургический (предприятия черной и цветной металлургии потребляют почти 40% электроэнергии от всего объема ее потребления в промышленности). На примере "БазЭла", уже контролирующего ряд крупных энергообъектов в Восточной Сибири ("Иркутскэнерго", Красноярская ГЭС), можно сделать вывод о том, что такого рода бизнес может быть весьма успешным, и даже способствовать серьезной модернизации активов (на Красноярской ГЭС, в частности, осуществляется крупнейшая в российской гидроэнергетике программа модернизации гидроагрегатов), однако первоначальный профиль инвесторов, на который рассчитывали при запуске программы реформ, уже точно не будет выдержан. Ясно, что по крайней мере ОГК, которые виделись публичными компаниями с большим объемом акций в свободном обращении и крупными долями, принадлежащими институциональным и международным стратегическим инвесторам, скорее всего, получат в качестве собственников в основном промышленные группы из смежных отраслей, не рассматривающих электроэнергетику в качестве основного бизнеса и сформировавших весьма закрытые рынки с высокой степенью картелизации в своих собственных отраслях. Если соответствующие практики ведения бизнеса будут привнесены ими в рынок электроэнергии, это создаст прямую угрозу конкуренции на будущем рынке. Эта картина весьма далека от подлинно конкурентного рынка.
"В итоге состояние электроэнергетического сектора сегодня скорее можно охарактеризовать не как переход к конкурентному рынку, а как некоторый дрейф в сторону дальнейшей коммерциализации в условиях: фрагментации вертикально интегрированной структуры предприятий; сохранения жесткого административного контроля и в целом централизованного управления; постепенного перехода генерирующих активов под контроль компаний смежных отраслей с большим опытом построения картельных рынков в сферах их традиционной деятельности. Это означает, что влияние конкуренции на развитие ситуации в электроэнергетическом секторе будет, при сохранении и институционализации такой модели, крайне низким", - подводят итог эксперты.
Вместе с тем, они убеждены, что позитивная альтернатива для развития электроэнергетического сектора существует, она вполне реальна и тормозится лишь из-за отсутствия окон политических возможностей. "На наш взгляд, более детальное внимание стоит уделить персональному фактору – фактору возможной смены менеджмента РАО "ЕЭС России", которая, на наш взгляд, очень вероятна и может привести к кардинальной смене повестки дня реформ, поскольку внутри российского правительства практически не осталось сил, которые будут настаивать на продолжении активных преобразований в отрасли в случае, если на должность председателя правления РАО "ЕЭС России" будет назначен, например, близкий к высшему руководству России и подчеркнуто аполитичный технократ – выходец из Санкт-Петербурга", - говорят специалисты Института энергетической политики.
| 16.40 29.08.06 | Finam.ru |
В нашем рейтинге событий произошли изменения.
Рейтинг событий, влияющих на Российский рынок
| Событие | Рейтинг | Прогноз |
|---|---|---|
| МАКРОЭКОНОМИКА | ||
| Общая ситуация на мировых фондовых рынках | B |  |
| Макроэкономическая ситуация в CША | C (C) | |
| Макроэкономическая ситуация в России | C (C) | |
| ПОЛИТИКА | ||
| Теракты в Турции: среди пострадавших есть россияне | C |  |
| СЫРЬЕВЫЕ РЫНКИ | ||
| Уровень мировых цен на нефть | B | |
| Уровень мировых цен на металлы | C | |
| ОТРАСЛЕВЫЕ И КОРПОРАТИВНЫЕ НОВОСТИ | ||
| Топ-менеджеры Роснефти купили ее акции на $12 млн | C | |
| Commerzbank объявит о покупке крупного пакета акций Промсвязьбанка | C | |
| Чистая прибыль "ИНТЕР РАО ЕЭС" по МСФО в 2005 году упала на 25% | C | |
| ВТБ купил 5% акций авиастроительного концерна EADS за $1 млрд. | C | |
ПРИМЕЧАНИЕ: В столбце 2 в скобках указан рейтинг события, присвоенный ему в прошлом прогнозе. В столбце 3 указано знак влияние события на рынок.
Наиболее сильное влияние на рынок оказывают события с рейтингом А, события имеющие рейтинг D по нашей шкале оказывают слабое влияние.
Инвестиционный фон - нейтральный