Трамп и Си делят влияние - торг за технологии, битва за металл и удар по интересам России

Президент США Дональд Трамп и председатель КНР Си Цзиньпин готовятся провести саммит в Вашингтоне (23-25 сентября). С момента последней встречи лидеров в Пекине в мае отношения двух крупнейших экономик мира оставались одновременно напряженными и прагматичными. Экспорт Китая резко вырос, гонка в области искусственного интеллекта усилилась, а война на Ближнем Востоке продолжается, создавая новые риски.

Ожидается, что главными темами переговоров станут торговля и тарифы, критически важные минералы, ИИ и Тайвань, а также ситуация вокруг Ирана. Трамп заранее подчеркнул, что рассчитывает обсудить с Си “много хороших” и продуктивных тем. А чего ждут от этой встречи в России, Finam.ru рассказали опрошенные эксперты.

От красной дорожки к торгу — о чем будут говорить Си и Трамп

Это первый визит председателя КНР в Вашингтон более чем за десять лет: последний раз китайский лидер посещал американскую столицу в 2015 году. Для Трампа это уже третья личная встреча с Си после возвращения в Белый дом.

Президент США намерен лично встретить Си на авиабазе «Эндрюс» в среду. Основная часть программы пройдет в четверг, 24 сентября, в Белом доме. Китайского лидера и его супругу Пэн Лиюань ждет торжественная церемония встречи с участием 479 военнослужащих всех видов вооруженных сил США. Прозвучат гимны двух стран, Трамп и Си выступят с приветственными речами, после чего состоится военный парад и пролет B-2 Spirit и четырех F-22 Raptor.

После официальной церемонии лидеры перейдут к переговорам. Вечером Трамп и первая леди Мелания Трамп дадут в Белом доме государственный ужин в честь своих гостей. Среди приглашенных руководители крупнейших американских технологических компаний, в том числе основатель Amazon Джефф Безос, глава Tesla и SpaceX Илон Маск, гендиректор Google Сундар Пичаи, глава Nvidia Дженсен Хуанг, руководитель OpenAI Сэм Альтман, глава Citigroup Джейн Фрейзер и бывший глава Apple Тим Кук. На ужин также приглашена глава General Motors Мэри Барра.

Состав гостей отражает одну из особенностей нынешних отношений Вашингтона и Пекина: главные разногласия между странами проходят не только по линии внешней политики, но и через бизнес. Торговля, технологии, искусственный интеллект, доступ к сырью и автомобильный рынок напрямую затрагивают крупнейшие американские компании. 

“США и Китай — крупнейшие экономики мира. Хотя объем двусторонней торговли и инвестиций сокращается в последние годы, они остаются важнейшими торговыми партнерами и одновременно стратегическими конкурентами», — говорит Ольга Беленькая, руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ “Финам”. По ее словам, нынешний саммит, в первую очередь, будет посвящен сохранению достигнутого между странами перемирия и развитию договоренностей, обсуждавшихся на предыдущей встрече лидеров в мае, но серьезных “прорывов” не ожидается.

Аналогичной оценки придерживается аналитик “Алор Брокер” Виктория Ситникова. Она тоже считает, что ожидания от встречи не стоит завышать: разница в подходах Вашингтона и Пекина ограничивает пространство для крупных договоренностей.

“Для Си эта поездка не станет тем эмоциональным событием, каким майский визит в Пекин был для Трампа. Китайский протокол вообще плохо совместим со стилем взаимных восторгов: Си приедет не за впечатлениями, а за фиксацией удобной для Пекина конфигурации на ближайшие 12-18 месяцев, после чего вернется к своей основной работе — выстраиванию длинной стратегической архитектуры вокруг Азии, Африки и Глобального Юга, где США присутствуют все меньше. Поэтому ожидания я бы не завышала, и дело здесь не только в конкретной повестке визита. Китай ведет внешнюю политику на горизонтах, которые несопоставимы с американским электоральным циклом: Пекин мыслит десятилетиями, а не квартальными отчетами и предвыборными окнами”, — подчеркнула Ситникова.

По словам аналитика, для председателя КНР саммит — это, прежде всего, возможность зафиксировать достигнутые позиции, снизить тактическое напряжение и продолжить долгосрочную стратегию отношений с США. Трамп же, по ее мнению, напротив, заинтересован в конкретных договоренностях в более короткие сроки, в том числе на фоне приближения промежуточных выборов в США и ноябрьского дедлайна торгового перемирия.

“Эта асимметрия горизонтов и есть главная причина, почему сколько-нибудь радикальных договоренностей ждать не стоит”, — пояснила аналитик.

Торговля: сохранить перемирие и договориться о товарах

Главной экономической темой переговоров станет торговля. Действующее торговое перемирие между США и Китаем истекает в ноябре, поэтому сторонам предстоит решить, смогут ли они его продлить. “Наиболее ожидаемым результатом является продление соглашения о торговом перемирии, срок которого истекает 10 ноября, но пока даже в этом нет уверенности и понимания, на какой срок и на каких условиях оно может быть продлено”, — отметила Беленькая.

В начале недели министр финансов США Скотт Бессент и торговый представитель США Джеймисон Грир встречались с вице-премьером Госсовета КНР Хэ Лифэном. По итогам Бессент заявил, что стороны рассматривают возможность снижения пошлин на товары примерно на 30 млрд долларов, которые не относятся к критически важным. Речь, в частности, идет о возможности увеличения американского экспорта в Китай сельскохозяйственной продукции и товаров энергетического сектора.

“Однако, как сообщают СМИ, пока у сторон сохраняются разногласия относительно объема этого списка и конкретных продуктов, входящих в эту “корзину””, — подчеркнула Беленькая.

Для американской стороны важен и вопрос сокращения дефицита торговли с Китаем. По данным U.S. Census Bureau, в 2025 году он уже снизился до 202,7 млрд долларов, минимума за 20 лет. В этом году показатель, вероятно, будет еще ниже: на конец июля он составлял 91,2 млрд долларов.

“Поэтому ожидания связаны с тем, будет ли одобрено продление торгового соглашения, которое стороны заключили осенью прошлого года сроком на 1 год, на каких условиях, будут ли определены конкретные количественные показатели импорта Китаем сельскохозяйственной продукции, энергоносителей и авиатехники (самолетов Boeing)”, — добавила Беленькая.

Ситникова также обращает внимание на прагматичный характер повестки. Помимо продления торгового перемирия, по ее словам, стороны могут обсуждать отдельные инвестиционные каналы, а также судьбу TikTok и китайских активов в США.

Редкоземельные металлы — главный рычаг Пекина

Отдельным и особенно чувствительным пунктом станут критически важные минералы и редкоземельные металлы. Китай доминирует в их переработке. Эти материалы необходимы для производства электроники, компонентов для ИИ, оборудования в области энергетики и продукции оборонной промышленности.

Именно здесь у Пекина остается сильный рычаг давления на Вашингтон. После введения Трампом масштабных тарифов в 2025 году Китай ответил, в том числе, ограничениями на экспорт редкоземельных металлов. Впоследствии ограничения стали одним из ключевых элементов торговых переговоров между странами. Сейчас США добиваются более стабильных поставок и дополнительных лицензий для американских компаний, тогда как Китай хочет гарантий, что Вашингтон не будет использовать экспортные ограничения как инструмент давления.

Для американской экономики это вопрос не только торговли, но и устойчивости цепочек поставок. Вашингтону приходится одновременно снижать зависимость от Китая и не допустить перебоев с материалами, которые нужны промышленности. Особенно остро проблема стоит для оборонного сектора на фоне войны с Ираном США. Поэтому одним из возможных результатов саммита может стать договоренность о поставках редкоземельных металлов, новых лицензиях для американских компаний или создании рабочей группы по добыче, переработке и устойчивости цепочек поставок.

“Обеспечение надежности поставок критических и редкоземельных минералов. Контроль Китая над переработкой критически важных минералов является ключевым источником рычага. США стремятся получить гарантии стабильных поставок, а Китай хочет получить заверения в том, что экспортный контроль не будет использоваться как инструмент давления”, — прокомментировала Беленькая.

Искусственный интеллект — конкуренция, которая вышла на новый уровень

Еще одна центральная тема — ИИ. США и Китай одновременно пытаются получить преимущество в разработке передовых моделей и технологий, а конкуренция вокруг ИИ все сильнее влияет на торговую политику двух стран.

Перед встречей Трампа и Си министр финансов США Бессент и вице-премьер КНР Хэ Лифэн договорились создать двусторонний диалог по вопросам ИИ. Также обсуждается механизм уведомления друг друга об инцидентах, связанных с национальной безопасностью и использованием ИИ.

При этом Вашингтон продолжает ограничивать поставки Китаю передовых чипов и других технологий, которые могут использоваться для развития ИИ. Пекин, в свою очередь, выступает против того, что считает чрезмерным распространением американских экспортных ограничений на китайские компании.

Экономический смысл этих переговоров — в контроле над технологиями, которые становятся одним из главных источников будущего роста. Для американских производителей чипов и разработчиков ИИ Китай остается огромным рынком, но одновременно Вашингтон рассматривает доступ китайских компаний к передовым технологиям как вопрос национальной безопасности. Поэтому торговые ограничения в этой сфере затрагивают уже не отдельные товары, а развитие целых отраслей.

Электромобили: сможет ли Китай получить доступ к американскому рынку

Другой экономический вопрос на повестке — китайские автомобили и электрокары. Китай в 2025 году обеспечил около 60% мировых поставок электромобилей, а его производители активно расширяют присутствие в Европе и Азии. Американский рынок для них пока практически закрыт из-за тарифов свыше 100%.

Однако в сентябре Трамп заявил, что готов рассмотреть возможность строительства китайскими автопроизводителями заводов в США при условии использования американской рабочей силы. Сами американские автопроизводители выступают против слишком быстрого допуска китайских конкурентов на внутренний рынок.

Если Вашингтон действительно смягчит позицию, речь пойдет не только о продаже китайских автомобилей американским потребителям. Возможное строительство заводов в США означает инвестиции, создание рабочих мест и перенос части производственных цепочек на американскую территорию. Поэтому вопрос электромобилей одновременно связан с торговлей, промышленной политикой и конкуренцией между автопроизводителями двух стран.

Тайвань и Иран — политика, которая напрямую влияет на экономику

Наконец, переговоры затронут вопросы, которые формально относятся к геополитике, но имеют прямые экономические последствия. Главный из них — Тайвань. Китай считает остров своей территорией, тогда как США поддерживают Тайвань, в том числе поставками вооружений.

Для мировой экономики возможное обострение вокруг Тайваня особенно чувствительно из-за роли острова в глобальной цепочке технического оборудования. Поэтому любые новые ограничения или военная напряженность могут отразиться на торговле.

Также переговорщики поднимут тему войны с Ираном и отношения Пекина с Тегераном. США уже рассматривают дополнительные санкции против компаний, помогающих Ирану, а Китай поддерживает значительные торговые связи с этой страной. Одновременно перебои в районе Ормузского пролива влияют на мировые цены на энергоносители. Поэтому Иран оказывается точкой пересечения внешней политики, торговли, санкций и энергетического рынка.

“Что касается геополитики, то для Китая наиболее чувствительный вопрос — это готовность США оказывать военную помощь Тайваню, а для США — завершение военного конфликта с Ираном, для которого Китай является наиболее важным торговым партнером”, — сказала Беленькая.

При этом, по мнению Ситниковой, ожидать изменения позиции Пекина по Тайваню не стоит, так как для Китая этот вопрос относится к долгосрочной стратегии и не является предметом краткосрочного торга с Вашингтоном. “Тайвань будет упомянут формально, красной линии по Тайваню Пекин не сдвинет ни на миллиметр, так как это ровно тот случай, когда десятилетний горизонт означает, что уступать сегодня не имеет никакого смысла”, — указала собеседница Finam.ru.

Россия в повестке косвенно: нефть, санкции и украинский конфликт

Стороны переговоров в Вашингтоне также могут коснуться и темы отношений с Россией, но не напрямую, а через обсуждение цен на сырье, условий его поставок, а также российско-китайских связей. Но для самой Москвы, по мнению Беленькой, встреча лидеров США и Китая имеет, скорее, косвенное значение.

“Во-первых, с точки зрения влияния их взаимоотношений на мировую экономику: торговая война увеличивает риски для мировой экономики и стабильности спроса на сырьевые товары. Во-вторых, может обсуждаться и военный конфликт России и Украины. Только что Трамп подписал закон об “адских санкциях”, разрешающий введение дополнительных пошлин до 100% на товары из стран, входящих в пятерку крупнейших покупателей российской нефти и газа, и Китай занимает первое место в этом списке. Вчера Трамп подтвердил, что в рамках усилий по завершению украинского конфликта будет готов, если потребуется, вводить пошлины в рамках этого закона. Возможно, в каком-то формате эта тема может быть затронута в контексте геополитики в ходе саммита”, — объяснила эксперт.

При этом Ситникова оценивает возможные последствия встречи для России как скорее ограниченные. По ее мнению, даже возможное сближение Вашингтона и Пекина не означает автоматического пересмотра китайско-российских отношений, поскольку они формировались на протяжении многих лет и включают энергетические, финансовые и политические связи. “Для России итог визита, на мой взгляд, скорее нейтральный. Формально любое потепление между Вашингтоном и Пекином сужает наше пространство для маневра, но именно длинный горизонт китайской политики защищает нас от резких разворотов”, — уверена аналитик.

Ситникова также полагает, что Пекин вряд ли станет пересматривать сложившуюся инфраструктуру отношений с Москвой ради краткосрочных договоренностей с Вашингтоном. “Пекин не будет ради тактической сделки с Трампом разрушать инфраструктуру отношений, которую выстраивал с Москвой последние двадцать лет: энергетические контракты, платежные каналы, инвестиции в Сибирь и Дальний Восток, координацию в БРИКС и ШОС. Для Китая Россия — это не переменная в сегодняшнем торге с США, а элемент долгосрочной стратегической конструкции, где США выступают конкурентом на тридцатилетнем горизонте, а не партнером на квартальном”, — сказала она.

Но полностью исключать практические последствия переговоров для России, по мнению аналитика, нельзя. В частности, речь может идти о более осторожном поведении отдельных китайских банков и компаний, работающих с российскими контрагентами.

“Максимум, что мы можем увидеть по итогам визита, — некоторое ужесточение поведения китайских банков второго эшелона в санкционном контуре, чуть более осторожный тон в отдельных переговорах, возможные паузы по некоторым технологическим поставкам. Это неприятно операционно, но структурно ничего не меняет. Тот самый киссинджерианский маневр Трампа — попытка развести Пекин и Москву — работает только на риторическом уровне; на уровне стратегии Китай уже сделал свой выбор десять лет назад и в сентябре 2026-го его пересматривать не будет. Так что для нас происходящее — это шум на длинной волне, а не смена тренда”, - подытожила Ситникова.

^{Сообщение носит информационный характер, не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией или предложением приобрести упомянутые ценные бумаги. Приобретение иностранных ценных бумаг связано с дополнительными рисками}