Статья на конкурс «Чему не научат Сорос и Баффет: маленькие секреты мировых рынков» Дмитрий Рябцевич Сказка на ночь Трилогия. По мотивам форума одного ДЦ. Часть 1 ВС

Статья
на конкурс
«Чему не научат Сорос и Баффет: маленькие секреты мировых рынков»

Дмитрий Рябцевич

Сказка на ночь

Трилогия. По мотивам форума одного ДЦ.

Часть 1

ВСЕ СОВПАДЕНИЯ СЛУЧАЙНЫ Давным-давно (а когда – даже старики сказать не могут) пришла на нашу землю беда страшная. Прилетело из далёких стран чудище ужасное – Евро ненасытное. И не стало жизни совсем. Выходили смельчаки на битву неравную, да глотала их тварь прожорливая вместе с депозитами, и мало ей было. И нет конца-краю бесчинствам и грабежам. Но недолго трейдеры тужили. Вышел вперёд самый молодой и молвил: "Негоже нам, братья, унынию предаваться. Надо идти воеводу искать, который поведёт нас на битву смертную!" И воспрянули духом добры молодцы, и отправились в путь дальний. Долго шли. Уж и солнышко красное за лес закатилось, и месяц ясный светится. И видят: сидит на поляне Аналитик Клубный – волхв местный, веточкой от мух назойливых отмахивается. И сказали трейдеры: "Идём мы воеводу искать да с еврой поганой биться. Скажи: будет ли нам удача? " Глянул Аналитик взглядом примитивным на графики чудные и молвит: " Старый я уже стал, не вижу наперёд? за кем сила. Что сегодня делать вижу, а завтра – нет. Оставайтесь со мной: будем огород ковырять, зелень всякую садить. На хлебушек хватит". Но молодецкое ли это дело – в огороде ковыряться! Рука крепкая сабелькой махать привыкла. Слабые духом остались, а остальные в путь пустились. Три дня и три ночи шли. И вышли к избушке покосившейся: в оконце свет горит, из трубы дым валит. Постучались трейдеры в дверь скрипучую и, отворивши, в пояс хозяину поклонились. А жил там Франкус – чародей именитый. Стоит в светлице Франкус, пиджак парчовый огнём горит. Вокруг котлы кипят, зелье колдовское варится. И спрашивает Франкус приятным голосом: "С чем, гости дорогие, пожаловали?". Рассказали трейдеры о своей беде, а Франкус отвечает: "Не печальтесь, беда ваша – не беда. Пришли вы как раз куда надо. Бросьте в котел денежку – и будет вам счастье. Только уверовать в меня надо". Уверовали трейдеры, бросили в котёл денежку, и чудо свершилось. Появились в котлах письмена волшебные. Стали их добры молодцы читать, да понять ничего не могут. Стали спрашивать, а что сие означает? Улыбнулся туманно Франкус и отвечает: "Не каждому дано понять, а кому дано – по гроб счастлив будет". Сказал это и растворился в воздухе. И только донеслось откуда-то издалека: "Опыт и дисциплинка + Эвентуальный разворот + Биполя-я-я-ярность +". Вытаращили очи молодцы, иные браниться сердито стали, иные умом тронулись, иные, уверовав, так там и остались, и след их потерялся. Может, счастье нашли, может – нет. И дальше товарищи путь держат. Уже и лапти последние стоптали, и депозитов половину проели. Уже и роптать народ начал. С деревьев листья опадают, ночи холоднее становятся. Греются молодцы у костра, о светлой доле мечтают. Много ли времени прошло или нет, но пришли они к дубу древнему. А дуб тот – вдесятером не охватить. А в дупле сидит Япон – колдун заморский, злато по мешкам распихивает. Хотели было его хлопцы замочить, думали – Соловей Разбойник. Пригляделись: Батюшки! А он мувингами так и крутит, так и крутит! Только свист идёт, и денежка с неба сыпется! Онемели друзья, с места сойти не могут, рты пораскрывали и слюну пустили. Посмотрел на них колдун и говорит: "Вижу-вижу. Идёте, значит, с еврой биться. А идите ко мне, будете помогать мне деньги считать. Да и вам кой-чего перепадёт". Не все от соблазна дьявольского удержались, а остальные дальше в путь-дорогу пустились. Снег укрыл жухлую траву, зверьё от холода по норам попряталось. Только волки голодные рыщут да лисицы. Бредут хлопцы босыми ногами по сугробам, совсем мало их осталось. Но не хнычут! Зубы стиснули, остатки депозитов в кулаке зажаты. И вот, когда надежда уже начала оставлять самых стойких, вышли они на терем белокаменный. А тереме том на печи лежал витязь храбрый, богатырь Аврелий-воевода. Напоил их Аврелий чаем с травами лесными да пирожками с капустой, выслушал и говорит: "Было мне видение. Явился ко мне Трейдер Сомневающийся. И молвил он: «Собирай дружину богатырскую, поднимай знамёна «медвежьи»! Отомсти за бакс поруганный! Первый квартал второго полугодия принесёт тебе удачу". Возликовали трейдеры, наполнились сердца их радостью. И, помолившись Стохастику Перекупленному, двинулись на битву славную. А впереди, на коне буланом, сам Аврелий-воевода. Шлем на солнце блестит, в руке сабелька острая, на губах улыбка блаженная. И вышли они в поле чистое. Мать честная! А там само Евро-чудище поганое стоит, ухмыляется. А с Еврой – стадо «бычье», зловонное. Пыхтят, сопят «бычки», пар из ноздрей валит, глаза кровью налились. Дрогнули на миг сердца мужские. Но окинул Аврелий взглядом орлиным дружину свою, взмахнул сабелькой и молвил громовым голосом: "Аль стада парнокопытного испужалися? Дети вы малые али старики немощные? Покажем, браты, силу богатырскую, удаль молодецкую! Э-э-э-х, повеселимся!" И вспомнили хлопцы Трейдера Сомневающегося, и наполнились их сердца гневом праведным. И подняли они хоругви со Стохастиком Перекупленным и бросились на врага ненавистного. И дрогнул вражина! И полетели стопы «бычачьи»!!! И рухнуло Евро на землю и просило пощады!!! Но нет пощады злодейке. Взмахнул воевода саблей, блеснула она на солнце аки молния карающая, и нет больше Евры-злыдни! И жили все долго и счастливо. Вот и сказке конец, а кто прочитал – тот молодец!

ЧАСТЬ 2

Все совпадения случайны. Трейдерам, слившим депозиты в борьбе за правое дело, посвящается. Много минуло лет после славной победы Аврелиевской дружины над Еврой-беспредельницей. Настало время всеобщего блага и процветания. Витязи славные хозяйством обросли, жёнами да детишками. Жизнь текла спокойно и размеренно, от урожаев депозитных амбары ломились. Аврелий внучат нянчил и долгими зимними вечерами, погрузив ноги в тазик с горячей водой, пожёвывая пирожок с капустой, рассказывал им истории из боевой юности. Аналитик Клубный собрал вокруг себя колонию Примитивистов. Как и много лет назад, копались они потихонечку в огороде, никого не обижали, да и их никто не трогал. Появлялся иногда Франкус-чародей. Всегда неожиданно возникал он из воздуха, сетовал на недисциплинированность людскую, обещал чудо показать. Кто верил, с ним отправлялись. Ходили слухи, что живут они теперь в сказочных краях, в золотых теремах. Япон-колдун заморский из дупла давно перебрался в терем златоглавый. Лежал всё больше на печи, но иногда нет да и выйдет в поле широкое, свистнет залихватски, взмахнёт мувингами, набьёт пару мешков денежкой, да и раздаст старушкам и детишкам на куличики. И висела его аватара во многих трейдерских домах в красном углу. Хотели было его в святые произвести, но Священный Синод условие выдвинул – отказаться от мувингов языческих и принять веру Стохастическую. В общем, карьера святого не задалась. У поверженной Евры на месте отрубленной новая голова выросла. Но стала она добрая и послушная. Запрягали её трейдеры да поле на ней пахали. А после работы игралась она с детишками трейдерскими в поддавки. Завалят её детишки гурьбой, визжат от восторга. А взрослые рядом стоят, улыбаются. Но всему хорошему приходит когда-нибудь конец. Возвращались как-то трейдеры после работы домой. Вечерело, в оконцах свет горит, из труб дымок идёт – жёны ужин готовят, баньку топят. А навстречу им человек сгорбленный, борода клочьями висит, лапти драные, сквозь ветхую одежду тело костлявое видно. Преградил им старик дорогу, поднял над головой клюку и говорит скрипучим голосом: " Я есмь посланец владыки грозного и всемогущего – Маркета всевидящего и апостолов его – Зеросумгейма и Майноритигейма. Негоже вы живёте, не по понятиям ихним. Покоритесь Владыке и смиритесь. Будете холопами его. А ежели откажетесь – худо вам будет!" Хлопцы наши не робкого десятка. Ухмыльнулись, и спрашивают: " А как хоть имя твоё, юродливый?" Отвечает им посланец: " Я есмь пророк Сир! И есть я помазанник Маркетовский. Буду жить у вас и дань собирать да суды творить". Посмеялись от души трейдеры: "Никогда мы не под кем не ходили, нет над нами ни царей, ни королей. Мы – свободные хлебопашцы. Иди-ка ты своей дорогой. А если с головой что, так можем тебя к Главврачу сдать – там таких много. Говорят, правда, что он сам из пациентов, но лечить умеет". Стукнул в гневе старик посохом о землю и исчез. Переглянулись хлопцы, плечами пожали и по домам разошлись. Да и забыли об этом случае скоро. Пришла беда – отворяй ворота. Перестали урожай приносить поля трейдерские. Только начинает всходить – налетают бурей огненной Зеросумгейм с Майноритигеймом и всё под корень уничтожают. И нет на них управы. Амбары депозитные опустели, последние крохи по углам жёны собирают. И были злодеи вездесущи. Пойдёт, бывало, трейдер под кустик нужду справить. Только присядет, а когтистая рука Зеросумгейма – хвать его за причинное место. Приляжет трейдер со своей трейдершей помиловаться, а Майноритигейм уже тут как тут, лапает её белую кожу своей костлявой лапой. Дети перестали на свет появляться. А пророк самозванный ходит по деревне, ухмыляется. Ждёт, когда на поклон к нему пойдут. Искали люди везде защиту. К Аврелию ходили. Да ответил им Аврелий: "Не могу я вам ничем помочь. Это не с Еврой в чисто поле на битву честную выходить. Сходите к Аналитику Клубному. Может, он чего присоветует". Пошли к Аналитику. Потупил взгляд Аналитик: "Самому житья нет. Из последних сил сабелькой модераторской отмахиваюсь. Так мало толку – если и не истопчет, злыдень, огород мой, так нагадит. Идите к Ветру-Алхимику. Он со звёздами дружит". Пришли к Ветру-Алхимику. А тот сидит на лавочке, чуть не плачет: "Глядите – вся рука уже синяя в бубен мой шаманский стучать. Отвернулись от меня звёзды. Идите к Япону". Делать нечего – пошли к Япону. А Япон уже давно на печи не лежит, с утра до поздней ночи мувингами в поле крутит, да толку мало. Самому чуть на хлеб хватает. Опустились у селян руки. Видно, придётся в рабство змеям поганым отдаваться. А жил в той деревне Ванюшка маленький, сынок трейдерский. Смотрел он, как папка с мамкой его маются, и так ему жалко их было! Думал он, думал, как от беды людей спасти – и придумал. Утащил как-то, ещё прошлым летом, Ванюшка из амбара папкиного депозитик маленький – поиграться. Бегал-резвился по лесу, да и закинул нечаянно депозит в дупло, где когда-то Япон жил. А дупло то волшебное было. Всё, что туда попадало, никакая сила обратно вытащить не могла. Только сам Япон заклинание волшебное знал. Бывало, детки в дупло то залезут, так приходилось Япону с печи слезать, выручать несмышлёнышей. Так вот. Пошёл Ванюша к Сиру – так, мол, и так. Знаю я, где депозит папкин припрятан, но мал я ещё, достать не могу. Вы его забирайте, а мне на пряник медовый дадите. Доложил Сир всё Зеросумгейму. А тот жадный до депозитов был – чего лапу не наложить? Взяли они Ванюшку и пошли к дубу волшебному. Залезли Зеросумгейм с Майноритегеймом в дупло, схватили депозит, а обратно-то выбраться не могут! И грозили они и просили, и злато сулили. А Ванюша побежал в деревню, взрослых позвал. Прибежали мужики и заколотили дупло. И потекла жизнь по-старому. Поля урожаи приносили, амбары заполнились. Ванюшке подарили мешок пряников медовых, а тот со всеми детьми поделился. Потому, что был совсем не жадина. Папа Ваньку за украденный депозит совсем не ругал – таких у него скоро целый амбар стал. И рос Ванюшка на радость родителям здоровым и послушным ребёнком (впрочем, как и все трейдерские детки). Пророк Сир на лобном месте, на коленях, просил прощения у честнОго люда. Народ у нас не злопамятный – простили. А сердобольный Аналитик взял его в подмастерья. Отмыл, побрил, откормил. Лапти новые дал, одёжу кой-какую справил. Через много лет упорного труда постиг Сир тайны "Примитивного взгляда" и стал его ярым поборником. По заграницам даже ездил, лекции учёным мужам читал. Ну, что ещё добавить? Бедная Йена выиграла местный конкурс красоты и отправили её всем селом в Париж, где на «Мисс Вселенная» она с триумфом заняла первое место. Долго ещё её фотографии украшали обложки глянцевых журналов. Кура уломал Билл Гейтс взять его в инвесторы. Долго Кур противился, поскольку уже договорился с директором местного пункта стеклотары. Но так уж Билл слёзно просил, пожалел его Кур. Ветер-Алхимик, в свободное от звёзд время, совершенно бескорыстно преподавал русский язык трейдерским детям. И стал даже Заслуженным Учителем. Япон опять на печи лежал и на пряники детям и старушкам раздавал. В общем, стало всё опять как в старые, добрые времена. И все жили долго и счастливо. Вот и сказке конец, кто дочитал – тот молодец. А кто нет – тот огурец.

ЧАСТЬ 3

Был хороший солнечный день. Щебетали птички, дул лёгкий, приятный ветерок. Сидел Ванюшка (уже повзрослевший, семьёй обзаведшийся) на камушке и мечтал. Мечтал он о том, что скоро станет богатым, шубку новую жене справит, в далёкие края на тёплые моря отдохнуть съездит. Докурил Ванюшка сигаретку и вздохнул: "Ну вот, помечтал. А завтра опять на работу опостылевшую за зарплату мизерную. Хоть ты чёрту душу продай!" Не успел он это подумать, а чёрт тут как тут. Крутится вокруг парня, хвостом виляет, глаза хитрющие бегают, а рога как у лося матёрого: "Хе-хе, Ванюшка, шубу жене, говоришь? Хороший ты пацан, правильный. Помогу тебе". Стукнул чёрт копытом о землю, и появился замок из чистого золота, драгоценными камнями украшенный: "Дверь видишь? Туда и ступай. Всё тебе будет". Удивился Ванька – а чего не зайти? Отворил дверь и перешагнул порог. А где ж бочки золотом набитые? Кругом полумрак, стены сырые, плесенью покрытые. А на оконце пыльном – решётка. Ёкнуло что-то у Ваньки внутри, но не успел он ещё ничего сообразить, как захлопнулась за ним тяжёлая дверь и лязгнул противно засов. Понял тут бедолага, что обманул его негодяй хвостатый. А за дверью уже слышались шаркающие шаги старика Гринспана-людоеда. Сердце бешено колотилось, холодный пот на лбу выступил. Вспомнилась Ваньке семья, детство счастливое, друзья верные. А шаги всё ближе и ближе, из-под двери холодом повеяло. Подкосились у Ваньки ноги, присел он в углу, голову руками обхватил: "Ну, вот и всё". Заскрежетал опять засов, отворилась дверь и вошёл в темницу людоед. Господи, ну и страхолюдина! Смотрит голодными глазами на парня, недобро улыбается, а из зубов гнилых жёлтым ногтем остатки трейдеров выковыривает: "Ну чё, Ванька, сыграем в орёл-решку? Твоя возьмёт – озолочу, нет – съем с потрохами!". Говорит он это Ваньке, а сам, как удав кролика, взглядом своим гипнотизирует. Помутилось у Ваньки в голове, опять о жизни богатой замечталось. Перед глазами – тёплые моря да яхты с белыми парусами. Мозги шумят, как перегруженный винтчестер, ладонь потная любимую мышку нервно поглаживает – орёл или решка, орёл или решка, орёл или решка? Пересохло у бедняги во рту, а язык ватный уже сам произносит : "Ре-е-еш". Но заглянул тут в оконце лучик солнечный, на Ваньку упал. И спала пелена с глаз, плюнул хлопец смачно в харю ненавистную: "Не буду я с тобой, отродье адское, играть! Сгинь с глаз моих вон!" Затрясся старик в судорогах, изо рта пена пошла. Взвыл он, как зверь раненный, и рассыпался в пыль. И исчезла тут же темница, и оказался опять Ванюша под небом голубым и солнышком ясным. Присел на камушек, сигаретку закурил и подумал: "Хорошо всё же на свете жить. А на шубу жене и так заработаю. Ну, не будет у меня бочек золотом набитых. Так когда помирать время настанет, разве о деньгах думать буду?" Стало на душе у Ваньки легко и ясно, нарвал он букетик цветов полевых и пошёл домой. И жил он долго и счастливо. И шубу купил. Вот и сказке конец.