Самый короткий путь капитала

Большинство считает, что цифровой рубль — это новый способ оплаты. На мой взгляд, это главная ошибка.

Цифровой рубль создаётся не ради платежей. Его главная задача — сократить путь капитала от инвестора к бизнесу. Именно вокруг этого в ближайшие годы развернётся главная борьба на финансовом рынке.

Сегодня инвестиционная сделка напоминает поход в МФЦ образца 2012 года. Сначала регистрация, потом анкета, банковский перевод, ожидание зачисления, подтверждение сделки, комиссии и множество других действий. После этого регуляторы удивляются, почему люди предпочитают держать деньги на депозитах.

Проблема далеко не в отсутствии интереса к инвестициям. Проблема — в слишком большом количестве «трения» между желанием инвестировать и самой инвестицией.

Цифровой рубль вместе с ЦФА меняют логику сделки

Деньги и актив начинают соединяться практически напрямую — не через длинную цепочку посредников, а через единый интерфейс. Возникает новая модель финансовой инфраструктуры. Не брокер в привычном понимании, а своего рода «финансовый роутер», который просто соединяет капитал инвестора с активом.

В такой модели инвестор уже не переводит деньги в привычном смысле. Он предоставляет доступ к цифровому кошельку, после чего исполнение сделки происходит автоматически. Брокер постепенно перестаёт быть хранителем денежных средств и всё больше становится технологическим интерфейсом.

Это радикально меняет экономику рынка.

Если сегодня вход и выход из сделки могут обходиться инвестору в несколько процентов совокупных издержек, то автоматизация и сокращение количества посредников способны значительно снизить стоимость операции. Но главный эффект даже не в комиссиях.

Главное — сокращение количества действий между решением инвестировать и самой инвестицией.

Сегодня этот путь может состоять из семи-восьми последовательных шагов. Завтра он может сократиться до одного. А значит, многократно возрастёт конверсия: огромное количество потенциальных инвесторов, которые сегодня бросают процесс на полпути, смогут доходить до сделки буквально одним нажатием кнопки.

Именно здесь начинается настоящая революция.

Как изменится рынок инвестиций

Возьмём для примера российский рынок pre-IPO.

Сегодня купить долю в непубличной компании сложно. Сделки занимают дни или даже недели. Документов почти столько же, сколько при покупке квартиры. Комиссии высоки, инфраструктура громоздка, а путь инвестора до сделки слишком длинный. Во многом именно поэтому рынок остаётся небольшим.

Теперь представьте другую модель. Покупка доли в компании занимает столько же времени, сколько заказ такси через мобильное приложение. Именно в этом направлении постепенно развивается рынок капитала.

ЦФА уже позволяют значительно быстрее выпускать инструменты, проще структурировать сделки, автоматизировать выплаты и даже программировать отдельные условия исполнения обязательств. Московская биржа, крупнейшие банки и технологические компании уже несколько лет строят эту инфраструктуру, потому что существующая модель становится слишком тяжёлой и дорогой.

Но именно здесь возникает вопрос, который финансовая индустрия пока предпочитает не обсуждать вслух. Если инвестиция совершается в один клик, действительно ли инвестору нужна вся существующая цепочка посредников?

Потому что в новой модели выигрывает уже не тот, у кого больше лицензий, крупнейший офис или больше сотрудников. Выигрывает тот, кто быстрее и проще соединяет деньги инвестора с активом.

Почему цифровой рубль — это инфраструктурная реформа

Цифровой рубль часто обсуждают как новый способ оплаты. На мой взгляд, это совершенно второстепенный вопрос.

Главное изменение происходит гораздо глубже.

Речь идёт о полном изменении финансовой инфраструктуры и, как следствие, о перераспределении контроля над движением капитала.

Сегодня рынок капитала напоминает старый вокзал с бесконечными турникетами. Чтобы деньги дошли до бизнеса, они проходят через банк, брокера, депозитарий, клиринг, комплаенс, переводы, подтверждения и множество других процедур. Каждый дополнительный этап увеличивает стоимость сделки, снижает её скорость и отсекает часть потенциальных инвесторов.

Достаточно посмотреть на рынок pre-IPO последних лет. Сколько инвесторов доходят до подачи заявки? Сколько действительно совершают сделку? По моему опыту, из десяти человек, принявших решение инвестировать, до покупки доходят один-два.

Остальные теряются не потому, что передумали инвестировать, а потому, что сама инфраструктура оказывается слишком сложной.

Именно поэтому цифровой рубль — прежде всего инфраструктурный проект.

Банк России неоднократно говорил, что одной из целей его внедрения является снижение стоимости финансовых услуг. Многие тогда восприняли это как техническую деталь. На мой взгляд, именно в этой фразе скрывается главный смысл реформы.

Впервые появляется возможность хранить деньги не только в коммерческом банке, но и непосредственно в инфраструктуре Банка России. Это уже не новая форма денег. Это новая архитектура финансового рынка.

Мы привыкли, что деньги почти всегда перемещаются через банковскую систему. Цифровой рубль создаёт возможность выстраивать расчёты иначе — с гораздо меньшим количеством посредников и значительно более высокой степенью автоматизации.

Деньги постепенно превращаются в программируемый поток, который можно автоматически направлять, распределять, использовать в расчётах и исполнять по заранее заданным условиям.

Если представить финансовый рынок в виде города, то сегодня он напоминает застройку, которая десятилетиями развивалась стихийно. Банки, биржи, депозитарии, расчётные организации и брокеры существуют как отдельные здания, между которыми проложено множество сложных дорог.

Теперь появляется возможность построить этот город заново — по единому цифровому плану, где между всеми участниками проходят единые технологические магистрали.

Для инвестора это означает более простой и дешёвый путь к сделке. Для существующей финансовой инфраструктуры — серьёзный вызов.

Что изменится для банков и посредников

Цифровой рубль способен сделать с финансами примерно то же, что маркетплейсы сделали с розничной торговлей. 

Он не отменит всех посредников. Но неизбежно заставит рынок пересмотреть, какие из них действительно создают ценность, а какие существуют лишь потому, что так исторически сложилась инфраструктура.

Именно поэтому главный вопрос сегодня звучит иначе. Если цифровой рубль действительно настолько эффективен, почему крупнейшие банки не спешат становиться главными проводниками этой технологии?

Ответ, на мой взгляд, очевиден. Цифровой рубль меняет саму экономику финансового посредничества.

Сегодня банк не просто хранит деньги клиента. Остатки на счетах формируют ресурсную базу, на которой строятся кредитование, ликвидность, комиссии и значительная часть банковской прибыли.

Если же деньги начинают перемещаться внутри инфраструктуры Банка России, а расчёты всё чаще происходят через цифровые кошельки и программируемые механизмы, привычная роль банков неизбежно меняется.

Именно поэтому внедрение цифрового рубля идёт постепенно и крайне осторожно.

Не случайно Банк России неоднократно подчёркивал, что цифровой рубль не должен привести к массовому перетоку средств из банков. Уже сам факт подобных заявлений показывает: этот риск рассматривается как вполне реальный.

Но изменения затронут далеко не только банки.

Если расчёты, исполнение сделок и выплаты всё больше автоматизируются, часть функций брокеров, депозитариев, расчётных организаций и других участников рынка постепенно превратится в технологический сервис. Это не означает исчезновения финансовых посредников. Но это означает, что конкурировать им придётся уже не количеством лицензий и масштабом инфраструктуры, а скоростью, удобством и качеством цифровых решений.

При этом именно сейчас появляется окно возможностей для новых игроков.

Государство уже строит базовую инфраструктуру новой финансовой системы: цифровой рубль, цифровые финансовые активы, цифровые кошельки и программируемые расчёты. Но инфраструктура сама по себе ещё не создаёт лидеров. Она лишь открывает возможность для появления новых моделей бизнеса.

Борьба за нового посредника

В ближайшие годы главная конкуренция на российском рынке капитала развернётся не вокруг очередного изменения ключевой ставки и не вокруг выбора отдельных акций.

Это будет борьба за право стать главным интерфейсом между инвестором и бизнесом.

И здесь, на мой взгляд, важно помнить одну фундаментальную вещь.

Финансовый рынок сам по себе не создаёт стоимость. Его задача гораздо скромнее, но не менее важна — эффективно распределять капитал.

Настоящую стоимость создаёт только бизнес. Именно предприниматели строят предприятия, разрабатывают технологии, создают продукты, решают проблемы своих клиентов и двигают экономику вперёд.

Поэтому инвестировать можно только в бизнес — через долю в капитале или через долговые инструменты. Всё остальное — лишь инфраструктура, задача которой как можно быстрее, дешевле и надёжнее соединить капитал с теми, кто способен создавать новую стоимость.

Именно поэтому будущее финансового рынка — это борьба за право стать главным мостом между капиталом и бизнесом.

Конкурентным преимуществом станет уже не количество лицензий, сотрудников или этажей в Москва-Сити.

Победит тот, кто построит самый короткий, самый дешёвый и самый удобный маршрут между инвестором и предпринимателем.

В конечном счёте именно вокруг этого — а не вокруг очередной технологии или формы денег — и будет строиться финансовый рынок следующего десятилетия.