Россия - Япония. Сжиженный пролог к сотрудничеству
На этом фоне вчера состоялось неординарное событие - российский президент Дмитрий Медведев и японский премьер Таро Асо приняли участие в церемонии открытия первого в России и одного из крупнейших в мире завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) на Сахалине. Завод этот будет перерабатывать газ, добываемый в рамках международного проекта "Сахалин-2".
А Япония станет одним из крупнейших его потребителей. По оценке Асо, 7,2% импорта СПГ в Японии придется как раз на "Сахалин-2". Более того, судя по его словам, "иметь поставки энергоресурсов в такой близости было многолетней мечтой Японии". В итоге воодушевленный японский премьер торжественно заявил, что реализация этого проекта является продолжением процесса интеграции России в азиатско-тихоокеанском регионе.
Но, если вынести за скобки этот глобализм Асо насчет всего АТР и вернуться к "нашим баранам" - конкретике российско-японских отношений, то резонно задаться вопросом - насколько и куда мы продвинулись? Тем более что "двигаться" здесь есть куда.
Дело в том, что одной из задач стратегического развития России на Дальнем Востоке является интеграция и кооперация с тремя ключевыми на этом направлении "субъектами" - Китаем, Южной Кореей и Японией. С каждым по-разному, но каждый из них по своему ценен для развития российских регионов, расположенных к востоку от Урала. С Китаем подобное сотрудничество развивается довольно интенсивно, с Южной Кореей - более-менее налаживается.
А вот со страной "восходящего солнца" ситуация совершенно иная. По различным оценкам, потенциал российско-японских отношений сегодня используется лишь на 5-7%. То есть практически на нуле. А ведь потенциал этот, учитывая технологические, финансовые и любые прочие ресурсы нашего "заморского" восточного соседа, не побоюсь этого слова, колоссален.
В связи с этим возникает другой вопрос - а не означает ли вчерашнее событие, что мы начали делать шаги по направлению экономического сотрудничества как бы "в обход" уже всех порядком измотавшей "политической" проблемы? Тем более что в истории международных отношений достаточно примеров, когда страны при нерешенных территориальных вопросах имеют вполне нормальные экономические отношения и серьезный уровень взаимного проникновения на финансовые и торговые рынки друг друга. И в азиатско-тихоокеанском регионе, в том числе. Достаточно вспомнить так, по существу, до конца и не решенную проблему между той же Японией и Китаем по поводу архипелага Дяоюйдао (японское название - Сэнкаку), которое серьезно не препятствует развитию экономических отношений между двумя странами, находящихся на качественно ином уровне, нежели российско-японские.
Основной причиной такой "недоразвитости" в экономическом сотрудничестве двух стран традиционно считают политический вопрос. Однако постепенно становится ясным, что территориальная проблема здесь отнюдь даже не является основной. Она просто раздута в силу определенных исторических причин. Так сказать, больше на виду. Почему за нее и очень удобно спрятаться, когда больше нечем объяснить свое фактическое бездействие на этом стратегически важном для страны направлении.
Дело в том, что Россия сама долгое время не проявляла серьезного интереса к развитию своих восточных рубежей, и, как следствие, к укреплению торгово-экономического партнерства с основными игроками в этом регионе. Они же, в свою очередь, платили той же "монетой". Ну, на самом деле, какой интерес японские финансово-промышленные круги могли испытывать к этой "экономической пустыне"? Разве что лишь в качестве канала "слива" отжившей свой век продукции "праворульного" автопрома.
Всякое партнерство и сотрудничество подразумевает взаимный интерес. И чтобы к России на Дальнем Востоке возникло более-менее серьезное внимание, она сначала должна что-то предложить со своей стороны. Пусть пока только ресурсы. Тот же сжиженный газ. Для начала ведь совсем не плохо - еще вчера не было вообще ничего, а уже сегодня - более 7% в структуре японского импорта этого вида топлива.
Хороший импульс для "продвижения" России на свой собственный Дальний Восток дало назначение Владивостока городом проведения саммита АТЭС в 2012 году. С другой стороны, усиливающиеся трения с европейскими партнерами, которые постоянно комплексуют по поводу своей мифической энергозависимости от "русских", все больше обращают взгляды руководства страны на этот регион. "Восточные драконы" же, наоборот, всячески приветствуют разворот российских энергоресурсов направо от Урала. Для России это - серьезный аргумент в плане диверсификации сбыта того немногого, что пока есть в арсенале. Для стран тихоокеанского региона, Японии, в частности, - это мотив для расширения сотрудничества. Тем более, сегодня, в условиях глобального кризиса, когда просто жизненно необходимо, отодвинув в сторону свои территориальные разногласия, искать общие ресурсы для его преодоления и дальнейшего развития.
И, в заключение, хочу вернуться к тому с чего начал - "территориальной проблеме". Думаю, что сделав сегодня упор на развитии экономического сотрудничества с Японией, завтра мы сможем приблизить решение и политического вопроса, этого "эха Второй Мировой войны". Ведь сторонам, "повязанным" активным финансовым и торговым взаимопроникновением гораздо проще найти общий язык и прийти к каким-то компромиссам, чем совершенно друг от друга независимым и связанным лишь встречами лидеров на саммитах "Большой восьмерки".
Это ведь как на бытовом уровне. Если у соседей нет общего забора или коридора - они никогда ни о чем не договорятся, а в случае возникновения конфликта по любому придется вызывать милицию.