Россия в поисках справедливости. А не начать ли с себя?
В минувшее воскресенье в своем интервью "Первому каналу" Дмитрий Медведев наконец-то приоткрыл завесу над российским видением "изменения архитектуры мировых финансов". Практически сразу, уже в понедельник, последовала и конкретика - на официальном сайте Кремля были опубликованы российские предложения, адресованные лондонскому саммиту "Большой двадцатки".
В основу кремлевского "послания" мировому сообществу легло понятие справедливости. Понятие, в общем-то, довольно традиционное для российской общественной мысли. Судя по словам президента и опубликованному документу, российская делегация в Лондоне намеревается добиваться справедливости в новой мировой финансовой системе. Перестройка этой системы должна сделать ее выгодной не только для самых развитых государств, но и для всех остальных. Для тех, "которые недавно вышли в разряд наиболее крупных экономик, развивающихся экономик". Для России, разумеется, в первую очередь.
С внешнеполитической точки зрения все очень грамотно выверено. Будут ли приняты все российские предложения, или только некоторые из них, по большому счету, не имеет значения. Россия в любом случае забронировала за собой членский билет в клубе больших политических игроков. "Мировое сообщество" медленно, со скрипом, но все-таки вынуждено поворачиваться в нашу сторону лицом, а не тем местом, чем до этого.
Но есть и другая сторона "медали". Вопрос заключается в том, насколько серьезно, последовательно и твердо российская делегация намеревается на лондонском саммите отстаивать предлагаемые инициативы? Будут ли эти предложения самостоятельной ценностью или им уготована участь стать предметом политического маневра, инструментом для достижения компромиссов?
Поиски ответов на любые вопросы всегда целесообразно начинать с истоков их возникновения. И теперь будет не лишним немного оглянуться назад и посмотреть, что представляет собой эта самая мировая финансовая несправедливость. А также какова роль и место России в этой системе, против которой объявлен "крестовый поход".
Говоря коротко, современная мировая финансовая несправедливость базируется на трех основных элементах:
1. В первую очередь, на долларе и других мировых валютах, которые эмитируют наиболее развитые страны. Какой-либо другой всеобщий эквивалент в мировой торговле сегодня попросту отсутствует. Сложившаяся система заставляет менее развитые страны отдавать более развитым производимый ими реальный продукт фактически лишь за их долговые обязательства. Получается первая несправедливость: бедные и слабые кредитуют богатых и сильных. Причем безо всяких процентов и какой-либо выгоды для себя.
2. На так называемой "открытой экономике", которая обеспечивает свободное перемещение капиталов. А на деле, как гигантский пылесос, перекачивает их из одних стран в другие. Таким образом, объективно это механизм распространения несправедливости, тот путь, по которому бедные и слабые отдают часть своего прибавочного продукта богатым и сильным.
3. Ну и наконец, на силовой поддержке этой самой финансово-экономической несправедливости. В арсенале богатых и сильных сегодня хватает авианосцев, чтобы без проблем "экспортировать нестабильность" практически любому, кто не согласен со сложившейся моделью. Вот в итоге и третья несправедливость: бедные и слабые, в общем-то, и "пикнуть" не могут против богатых и сильных. То есть вынуждены молча мириться со сложившимся "статус-кво".
Весьма характерно, что эта модель действует как бы сама по себе. Без видимого понуждения со стороны ее создателей. Ну, естественно, за исключением третьего пункта. Да и тот существует больше как потенциальная угроза, чем реальная. Внешне все просто и происходит само собой. "Кто первый встал, того и тапки". Кто первым вышел "на тропу" капитализма, тот и снимает сегодня все сливки. Остальные же, запоздавшие со своим выбором в пользу демократии и свободного рынка, увы, пока вынуждены "топтаться" в предбаннике. И, попутно, делиться частью своего суверенитета. Экономического, по крайней мере.
Россия за последнее десятилетие прочно встроилась в эту систему. И заняла в ней вполне определенное место. Хотим мы этого или нет, обидно нам это или нет, но место это выражается двумя словами - сырьевой придаток. Не простой, конечно! Ершистый и с "зубами". Но сути это не меняет. Российская экономика не является национально ориентированной. Любой "придаток" может ориентироваться лишь на то, к чему он прилагается. И следствие этого - наша прямая экономическая зависимость от стран "золотого миллиарда". Чему подтверждением и стал кризис. Ведь произошел-то он у них, "долбануло" же, как образно выразился президент, "по всей мировой экономике". А с особой жестокостью и цинизмом - именно по нам!
Россия входит в десятку крупнейших кредиторов США. По итогам 2008 года мы увеличили вложения в казначейские облигации США более чем в 3,5 раза до $116 млрд. и заняли 7-е место в этом мировом "рейтинге". И это притом, что наша экономика не превышает 3% мирового ВВП. Вместо модернизации национального производства мы вкладываем собственные ресурсы в американскую экономику. Так кто же, как не Россия сама, и является одним из наиболее преданных сторонников сложившейся в мире финансовой несправедливости?
Более того, мы вполне успешно импортировали эту несправедливую модель и в национальную экономику. Внутри страны можно наблюдать полное подобие того, что теперь так критикуется на общемировом уровне. Сложившаяся система действует практически исключительно как механизм перекачки ресурсов из реального в финансово-манипулятивный сектор. Как улица с односторонним движением. А в обратную сторону - "непробиваемые тромбы". Не пробитые, к слову, и до сих пор. Правительство с удовлетворением отрапортовало о "спасении" российской финансовой системы, потратив на это едва ли не половину резервов. И что с того, если эта "система" развитию реального производства никоим образом не служит, а является лишь инструментом перекачки ресурсов "отсюда - туда"? Инструментом той самой мировой несправедливости, борьбу с которой провозгласил наш президент.
Вот и получается, что Россия - инициатор радикальных перемен в "мировой финансовой архитектуре" - сама для себя эти перемены почему-то сотворить не спешит. Так может быть, если и не "прежде", то хотя бы "наряду" с реформированием мировых финансов стоит озаботиться изменением своей собственной финансовой системы? И сделать ее наконец-то эффективной и направленной в сторону национальной экономики.