Размышления о труде

О труде

Справедливость требует,
чтобы брать от людей не больше того, что даёшь им.
Но нет возможности взвесить свои труды и труды людей...
Л.Н. Толстой

Наверняка читатель сталкивался с утверждением о лености нашего человека. Чаще всего это следует за сетованиями о бедной жизни и низкой производительности труда в сравнении с зарубежными народами. Мне представляется здесь путаница понятий. Поэтому целью статьи я ставлю ни сообщить нечто новое, а упорядочить старые знания пекущихся о лени. Если быть точным, то даже не упорядочить, а напомнить то, что, скорее всего, уже есть, но находится где-то с краю разума и не попадает в круг внимания.

Согласно этимологическому словарю М. Фасмера слово "труд" (в одном из значений) родственно следующим словам: трудный, трудиться; др.-русский трудъ "труд, работа, рвение, забота, страдание, скорбь". Заметьте: труд — это разновидность страдания. Есть даже слово: "страда". Хотим мы или нет, а многое в причинах поведения человека определяется болью и удовольствием. Конечно, разного уровня. Например, физическое и душевное. Но боль остаётся болью, а удовольствие остаётся удовольствием.

Обвинение нашего человека в нежелании трудиться по сути своей лежит в поле нравственности, а не экономики. Человека просто-напросто обвиняют в нежелании страдать. Но, посудите сами, разве человек, (добровольно, на своей грядке за городом) выбирая для сельхозработ грабли и отказываясь от сучковатого дерева, не идёт тем же путём? Разве его выбор не определяется желанием избежать страдания? Ведь граблями рыхлить землю легче, чем сучками. Разве не бегство от боли определяет изменения в технике? Изобрести могут и из любопытства, но применять, оплачивать эти изобретения, без желания избежать страдания трудно представить.

Если упрекающий в лени показал бы пример как он с утра до вечера на заброшенном пустыре (благо они ещё остались и не все попали под точечную застройку) копает лопатой, задаром, яму в сторону Аргентины, то был бы другой разговор. Нет, не копает. А почему? Рискну додумать за другого и предположу, что просто труд по прокладке дыры сквозь чрево земное представляется человеку бессмысленным и разорительным, т.к. цели он своей достигнуть не сможет, а кушать ему никто не принесёт за такую работу. Таким образом, человеку нужен не труд сам по себе, а труд, имеющий смысл (хотя бы временный, пусть даже неверный) и позволяющий получить доход.

Ладно. Давайте представим, что переживающий о лености определился и сузил свои требования до степени труда осмысленного и оплачиваемого. Я согласен платить 1 рубль в месяц за уборку нашего подъезда. Смысл в наведении чистоты присутствует. Нет желающих подписать договор? Мало? И не увлекательная работа? Давайте ещё сузим границы требований. Нужен труд интересный и достаточно оплачиваемый! И тут самое занятное.

То, что упрекающего других в лености нисколько не волнует интересно или нет другому смертному проводить значительную часть своей жизни (в мирное время) на работе, которая угнетает его каждую секунду, это можно принять без доказательств. А что такое достаточно оплачиваемый труд?

Рынок трудовых ресурсов — вот единственное место, где по уверению нынешних экономистов решается этот вопрос. Все деньги, которые добыты законным путём, после уплаты НДФЛ, считаются нравственно чистыми деньгами. Здесь мы подходим к пересечению морали и экономики. На этом перекрёстке, по моему мнению, происходит путаница понятий, о которой я сообщил в начале.

Например. Уборщица получает 4000 рублей. Её начальник —40000 р. Всё законно. Налоги уплачены. Но если труд — это страдания, то можно ли утверждать, что начальник страдает в 10 раз больше? Что у директора потоотделение в 10 раз больше или десятикратный расход калорий, учащённое дыхание? Если вы даже готовы сказать: "Да", — я могу предложить пример с разностью в доходах в 1000 000 раз. Может, руководителя судороги бьют с рассвета до заката при таком уровне страданий?

"Нет, — скажут мне, — сейчас не тёмное средневековье и к оплате труда надо подходить не через оценку пота и боли, а через количество прибыли, которую создаёт человек. И если кто-то что-то изобрёл или сумел организовать деятельность других людей так, чтоб это приносило прибыль, то нравственно оправдана любая сумма личных доходов этого выдумщика-организатора". Прекрасно! Но, в таком случае, разве нравственно оправдано обвинять человека в отсутствии изобретательности или способностей руководителя? По-моему, нет.

Таким образом, получается, что упрекают человека за лень, исходя из старых нравственных норм, а трудиться ему приходиться в границах современных экономических понятий. Эти понятия не требуют страданий, которые являются основанием для упрёков. Экономика требует прибыли. Так и давайте упрекать не за лень, а за отсутствие навара. Попробуйте! Ничегошеньки не получится! Потому что нравственность не так быстро изменить. "Лентяю"-слесарю просто не будет стыдно за отсутствие прибыли завода. Другое дело, что и в нынешнем виде, т.к. путаницу не замечают, старые нравственные нормы играют на руку богачам. Они понукают через общественное мнение и СМИ "лентяев", что те не хотят страдать, но при оплате страданий как бы это "забывают", ибо размер доходов рабочего и хозяина завода не соответствует разницы их страданий.

Мне могут возразить, что в современных условиях разница зарплат не нуждается в нравственном оправдании. Достаточно закона. Но что в таком случае можно противопоставить уже упрёкам большинства населения к меньшинству, если большинство избирателей будет голосовать за тех, кто предложит законом ограничить разницу доходов? Нравственность мы отмели. Что остаётся? Манипуляция сознанием, физическое насилие и устрашение законами рынка? Де, если способным людям не платить миллионы, то они уедут за границу. Здесь мы подходим к вопросу: продолжать ли старый способ путаницы нравственных норм и экономики или открыто перейти к осознанию и провозглашению страха и насилия в качестве связующих нитей рынка труда и определения его стоимости? В случае остановки выбора на последнем, мы вынуждены будем окончательно признать, что экономика стоит вне нравственности, а уж упрёки в лености будут просто смешны, как прапрадедушкины ночные колпаки.