Рассказ на конкурс «Чему не научат Сорос и Баффет: маленькие секреты мировых рынков» Сергей Вялков «Машка» Удивительная история с драматическим началом и замечательным финалом З

Рассказ
на конкурс
«Чему не научат Сорос и Баффет: маленькие секреты мировых рынков»

Сергей Вялков

«Машка»

Удивительная история с драматическим началом и замечательным финалом

За окном забрезжил рассвет. Ночная мгла отступала, и вместе с ней окончательно рассеивались последние сомнения. Надежда Петровна определилась окончательно: «С мужем надо расстаться». Навсегда. Измена не прощается. Вернее, прощение возможно, если есть хоть какие то смягчающие обстоятельства. В данном случае, напротив, на свет появился такой неоспоримый аргумент, который лишал её малейшего шанса на продолжение совместной жизни. А ведь всего три часа назад всё было совершенно замечательно! Поезд нёс Надежду Петровну по Западно-Сибирской равнине сквозь ночную мглу в родной город. Командировка сложилась удачно, дома ждёт любимый муж. Дочка пока у бабушки в деревне. Надежда Петровна порозовела от вновь всплывшей затаённой мысли: «Можно будет пошалить». Она везла домой необычное приобретение, специальные наручники. Всё-таки 40 – ещё не конец жизни. Наоборот, кое-что начинает осознаваться только сейчас! Единственная неприятность – накануне вечером в вокзальной толчее пропал мобильный телефон. Но вор явно просчитался. Аппарат был старенький, уже начинал барахлить, и Надежда Петровна всё равно собиралась его в ближайшее время заменить. Хорошо, хоть успела прямо перед пропажей переговорить и с шефом, и с мужем. Андрей всё порывался встретить её на вокзале, но Надежда Петровна отговорила. Шеф гарантировал, что будет машина от фирмы. Пусть спокойно спит, она не маленькая, от дверей подъезда добраться сможет сама… Хлопнув дверцей авто, Надежда Петровна легко вспорхнула на третий этаж, тихонечко открыла дверь. Поставила на пол чемоданчик и на цыпочках, стараясь не разбудить мужа, подошла к спальне, заглянула…. Ночник не горел. Кровать была пуста. Мужа дома не было. «Что такое? Что случилось? Вчера вечером Андрей вроде ничего особенного не говорил. Какая-то срочная работа? Вызвали внезапно с филиала? Так позвонил бы, предупредил. Может, что случилось? О, господи! Вдруг где в больнице сейчас…ногу сломал… или аппендицит…» Надежда Петровна почувствовала, как ослабели вдруг ноги и поток панических мыслей начал захлёстывать её сознание. Но, к счастью, состояние тревожной неопределённости длилось не более двух минут. С улицы донеслись звуки подъезжающего автомобиля, хлопанье дверец, невнятные мужские голоса, короткий хохоток… В этом наборе звуков Надежда Петровна отчётливо расслышала голос Андрея. Живой!!! Через минуту в квартиру бочком протиснулась колоритная троица. Два крепких мужика, поддерживая Андрея с двух сторон, подтянули аморфное тело к дивану, посадили и со словами «Хозяйка, всё путём, ты его не того…» попятились к выходу. Андрей осоловело оглядел комнату, зафиксировал взор на жене, икнул, сказал «Наденька, я щас..» и завалился набок, распространяя алкогольные ароматы. Шок прошёл, уступив место гневу. «Напился! Где? С кем? Почему?» Надежда Петровна стремительно подошла к мужу. Ей, конечно же, хотелось получить ответы на эти вопросы, но единственным результатом её настойчивых попыток были лишь выпавшие из уст заторможенного мужа слова: «У Фокина… пили… его директором поставили…». Результат скромный, но всё же вполне достаточный. Фокины – это были их давние, надёжные друзья. Кризис миновал. Надежда Петровна встала, протёрла виски и усмехнулась. После пережитого ситуация уже воспринималась слегка анекдотично. Противно, конечно, но такое в жизни бывает. Вот, наконец, и у них это впервые случилось. Ладно, произошло – так произошло, утром поговорим, когда проснётся. Ближайший час прошёл хорошо. Даже отлично! Как замечательно с дороги принять ванну, переодеться в домашнее, попить чаёк с вишнёвым вареньем! Муж тихонько посапывал, и под эти уютные родные домашние звуки душа Надежды Петровны постепенно успокоилась и оттаяла. Завтра, конечно, предстоял «разбор полётов», но сейчас организм расслабился, стало клонить в сон. Хорошо, что шеф разрешил принести отчёт после обеда. А там – домой и наслаждаться блаженством предстоящих выходных! «Как всё здорово, ну а сейчас пора поспать». Надежда Петровна подошла к спящему мужу и, не обращая внимания на хаотичные передвижения рук и ног, быстренько стянула с него помятый (ужас!) костюм, рубашку и… и… из неё вывалился на свет задорно играющий блёстками и кружавчиками весёленький красный бюстгальтер! Поначалу было оцепенение, затем до разламывающегося на куски сознания бедной женщины дошло новое ужасное открытие. Подняв с пола главную, уничтожающую счастье улику, Надежда Петровна почувствовала на пальцах что-то мокрое и липкое. Она тут же отшвырнула бюстгальтер в сторону и брезгливо вытерла пальцы об подвернувшееся полотенце. Началась вторая фаза кошмара. Только более страшная, чем в момент приезда. Сейчас уже не оставалось никаких надежд на благополучный исход. Неотвратимо и безжалостно, словно снежная лавина, надвигалось отчаяние. Жизнь свернулась в тонкую серебристую полоску, пронизывающую бесконечную черноту… Старческими шагами женщина подошла к кухонному столу. Достала с полки мужнины сигареты, неумело прикурила, закашлялась, но не стала тушить. Она неподвижно сидела на табурете, смотрела вдаль невидящим взором. Большая, трудная, интересная, счастливая прошлая жизнь прощалась с ней. Какие-то картинки, образы, голоса отрывками всплывали из памяти. Что-то немедленно улетало вдаль, что-то задерживалось, никак не отрывалось… Оцепенение длилось долго. Постепенно из хаоса мыслей стал выделяться главный вопрос: «Что делать дальше?» Собственно, ответ она знала. Не раз и не два её подруги попадали в подобную беду. Надежда Петровна утешала их, как могла, в зависимости от ситуации старалась дать полезные советы. Когда – «рвать немедленно и бесповоротно». Но чаще – «Не руби с плеча. Сначала остынь, успокойся. Потом выясни подробнее – что, как, почему? Может, произошла какая-то ошибка, может ещё что-то есть, хоть как-то смягчающее ситуацию. Разорвать можно в любой момент, главное не допустить спешки при принятии такого важнейшего решения». И действительно, у многих семьи сохранились. И восстанавливалась замечательная счастливая жизнь, она знала это совершенно точно. Сколько раз через годы подруги благодарили её за брошенный в момент катастрофы спасательный круг! Похоже, что теперь и ей самой придётся воспользоваться вторым советом…. Хотя давать советы и следовать им – разные вещи. Особенно когда умом все понимаешь, а остыть не можешь, и очень хочется именно рубануть с плеча. «Всё! Хватит сопли жевать» – и, добавив грязное слово, женщина решительно встала из-за стола. Тщательно почистила зубы, чтобы избавится от гадкой горечи во рту, причесалась и стала потихоньку собираться. К маме, к маме, к маме! Куда же ещё! И немедленно! Сейчас уже семь утра. Электричка через полчаса, успеет. Ещё час на дорогу, затем какое-то время поспать, и к шефу на ковёр. Энергично побросала в сумку всё самое необходимое – много ли надо на пару дней! Затем написала записку: «Я у мамы. Сыр в холодильнике». Помедлила секунду и дописала «Лифчик в углу». Посмотрела по сторонам (всё ли закрыто, выключено) и уже перед уходом вдруг решила взять семейный фотоальбом. Пришлось встать на табурет, чтобы дотянуться до верхней полки антресолей. Альбом находился под кипой старых журналов, пришлось выдёргивать рывком. На пол полетели какие-то бумаги, свёртки… Надежда Петровна присела, чтобы всё собрать и сразу же наткнулась на незнакомый толстый конверт. Прочитала непонятную надпись: «Для Машки». Вытащила из него (как показалось сначала) завёрнутые в бумагу карты. Но это оказалась пачка купюр. Доллары. Много, почти пять тысяч… До боли прикусила губу, сдерживая рвущийся стон. Испытания сегодняшней ночи уже невозможно было переносить! Расследование закончилось не начавшись. Всё ясно как Божий день. Деньги для Машки копились долго. Очень долго! Жена в командировку – муж в загул! Липкий бюстгальтер под рубашкой! Женщина подошла к продолжающему храпеть супругу. Здесь мало просто расстаться. Здесь нужна месть! Разум предлагал разобраться сначала, но душа уже настойчиво требовала мести! Жестокой и изощрённой, такой, чтобы поразила в самое сердце! Как её… «Так, сейчас соображу…» Надежда Петровна оглядела комнату, и когда взгляд остановился на мониторе, её губы исказила зловещая улыбка. То, что надо! Планы меняются. Для максимального эффекта ей требуется вменяемый муж. Пожалуй, пройдёт часа четыре… Хорошо, успеет и сама передохнуть немного и подготовиться к представлению! А к шефу, как и планировала, поедет после обеда. Ну и оттуда уже к маме, в райцентр. …Яркий солнечный луч бесшумно переполз со стены на диван, подушку, взобрался на лицо. Часы пробили двенадцать. Андрей Николаевич медленно просыпался. Позади оставался не безмятежный сон младенца, а тяжёлый тошнотворный дурман. Нет, не алкоголь был виною всему. Те две рюмочки, которые были приняты вчера за здоровье друга (всё-таки затащил к себе, пригрозил, что смертельно обидится!) конечно же, мелочь. Виной всему была приличная доза снотворного. Но это выяснится позже. А сейчас сквозь плавающий туман он начинал различать фигурку жены, которая что-то делала возле компьютера. «Надя…печатает чего-то… Надя вернулась!» До сознания дошла радостная весть! «Надя!» – вместо радостного возгласа вырвался хриплый стон. Жена обернулась. Андрей прокашлялся и сделал попытку приподняться. Что-то мешало, не получалось подтянуть руки. Он посмотрел направо, налево… До него не сразу дошло, что на запястьях – наручники, от них в стороны к дверным ручкам тянутся верёвки. Андрей ошалело посмотрел на жену. Дурманная пелена начала стремительно таять, уступая место неизведанному доселе чувству томящей неопределённости. «Надя… Что?... Это – что?». « Это значит…» – у Надежды Петровны перехватило дыхание. Она подняла бюстгальтер и швырнула его под ноги мужу. «Это значит, что ты тварь! Нас больше нет!». Завидев, что муж пытается что-то промычать в ответ, крикнула: «Потом наговоришься! В суде! В понедельник же подаю на развод! Сейчас уеду к маме. А чтобы ты не скучал, я тебе устрою небольшое развлечение! Машеньку свою повспоминаешь!» То потрясение, которое Андрей Николаевич испытал в следующие пять минут, не шло ни в какое сравнение с пережитым до сих пор. Он увидел, как жена подходит к монитору. Как появились графики. Он услышал её слова: «Так, вот наш торговый счёт… на нём, Андрюшенька, уже 4900 долларов… я время не теряла, сходила, вебманькой перевела…Сейчас мы поторгуем…. Так, сначала мажоры…Непонятно. Чёрт с ними, будем чередовать… Так на этом профиле – кроссы… Тоже не видно… Плевать, раскидаем…. Здесь – что? А, золото! О, наконец-то ужастик, где надо! Можно продавать… Что такое – недостаточно денег? Ну-ка, а если купить? О, получилось! Вроде всё, хватит». Затем жена встала, пододвинула стол с монитором ближе к дивану и вышла из комнаты. Андрей Николаевич вперился взглядом в экран. Профиль – золото, все таймфреймы. Депозит 4900. Свободных средств нет. И много-много открытых позиций с беспорядочным чередованием «Бай» и «Селл»! В работе – весь депозит! Пятнадцать месяцев чудовищной экономии, подработок, унизительной изворотливости! Депозит, который наконец-то должен был завершить его титаническую работу по созданию непотопляемого бизнеса. Это крах. Всё, никаких надежд на светлое будущее больше не осталось. Мучительный стон вырвался из груди мужчины. Важнейшее дело последних лет на его глазах разбивалось на мелкие кусочки и улетало в бездонную пропасть. Надежда Петровна уже докуривала на кухне сигарету, когда услышала протяжный стон. Удовлетворённая усмешка промелькнуло на её лице. Значит, она не ошиблась. Месть получилась на славу! Правда, не дотянула до идеального сценария. Хотелось открыть все позиции в максимально невыгодных условиях. Ранее Андрей несколько раз пытался разъяснить ей премудрости валютной торговли, но Надежда не желала вникать в работу мужа. Единственное, что она усвоила, что не нужно продавать, когда синенькая полоска индикатора «Ужастик» (на самом деле название было иным, просто ей так легче было запомнить), была в самом низу. Да, и конечно, научилась выполнять все действия по открытию-закрытию позиций, так как не раз приходилось делать это после телефонных звонков мужа. Но сегодня этот «Ужастик» в самом-самом низу был только на графике золота, а там – уже «недостаточно денег». Правда, купить почему-то получилось достаточно…(Надежда Петровна не догадывалась, что необходимая для открытия позиции маржа беспрерывно меняется, следуя за импульсами котировок торгуемых валют, секунда на секунду не приходится). Ладно, пусть он наслаждается зрелищем, пора к маме. Надежда Петровна подошла к Андрею: - «Вот тебе бутылка воды, яблоко. Вот пустое ведро. Вернусь завтра утром, сниму наручники. Тогда и поговорим. Только придумай что-нибудь поправдоподобнее». Бросила прощальный взгляд на жалкого, ошарашенного мужа, взяла сумку и решительно вышла. Хлопнула дверь. Медленно проходил час за часом. Дурман давно рассеялся. Андрей Николаевич сидел, прикованный наручниками к дивану и уже не смотрел в монитор, где менялись цифры депозита, свободных средств. Где менялись котировки его жизни. Он понял две вещи. Первая – он изменил жене. Где, когда, с кем, как – он не имел ни малейшего понятия, но знал, что счастливой семейной жизни пришёл конец. Вторая – что сейчас на его глазах сгорают все надежды на обеспеченную жизнь. На будущее, где не было бы никаких материальных затруднений, где можно было бы жить, не отказывая себе ни в чём. Андрей знал, что до этого счастливого времени оставался только один шаг. Он наконец-то нашёл, вернее создал «золотой ключик», открывающий дверцу в волшебный мир форекса. Пять лет валютного трейдинга не прошли даром. Сколько раз чередовались взлёты и падения, радость и отчаяние, вдохновение и апатия. Зачитаны до дыр десятки книг, апробированы сотни самых разных торговых систем, исписаны горы бумаги… Но всякий раз подводные камни, неизбежные при работе по любой торговой системе, наносили столь сокрушительный удар по депозиту, что он тонул. Раз за разом. Андрей уже неоднократно был готов бросить форекс, но одна мысль постоянно возвращала его на ринг: «Ведь кто-то же стабильно зарабатывает. По тем же самым торговым системам, по которым я сливаю депо раз за разом. Значит, он знает что-то, позволяющее ему вовремя заметить опасность, выскочить из рынка с минимальными потерями, игнорировать сомнительные сигналы для входа... Значит, и я должен найти именно свой подход к торговле, учитывающий и мой темперамент, и возможности присутствия у компьютера, и досконально просчитанный ММ». Видимо, небо на самом деле благосклонно к упорным! После многомесячных трудов на свет появилось такое творение, от которого захватывало дух. Несколько печатных страниц, где расписывалось абсолютно ВСЁ! Все торгуемые инструменты (более 30), все таймфреймы, все необходимые индикаторы, величины первичных лотов, уровни «доливок», тейк-профитов и стоп-лоссов, отложенные ордера с детальной расшифровкой по времени действия и многое другое. Было задействовано много индикаторов, но изюминкой всего, дающей самый точный, выверенный сигнал, была одна средняя с очень специфическими параметрами на часовом графике. МА на Н1. МА на АШ один. МАШКА! МАШКА – так и назвал. Андрей Николаевич своё творение. Система, вернее сказать, целая торговая стратегия, была расписана до последней запятой. Затем последовал многомесячный период тестирования на истории, параллельно работа на демо-счету, в тайне от жены стал копиться стартовый капитал. Андрей рассчитал необходимую сумму. 5 000 долларов. При этом депо можно было относительно безопасно размещать десятки ордеров на всех инструментах, на которых появлялись сигналы входа. Даже в случае активации всех ордеров и срабатывании всех стоп-лоссов (а это было невозможно даже теоретически!) максимальный убыток убивал не более 10% депо. Предполагаемая прибыльность составляла 25-30% в месяц. Во всяком случае, за год работы на демо-счету она была в среднем 40%, минимальный прирост депо в месяц составил 15%... Оставалось накопить недостающие 100 долларов, и можно было включать рубильник на машине, стабильно приносящей деньги! И вот сейчас, на его глазах главная мечта жизни, всё, во что было вложено столько сил, – уходило в никуда! В бессильной злобе он рванул руками. Бесполезно. Сталь наручников только крепче впилась в запястья. Впрочем, боли он не почувствовал. Основная боль была внутри, там, где сердце. «За что!? За что…». Действительно, за что?! Как генератор заработал мозг. Видимо, почувствовал, что единственная возможность предотвратить катастрофу – это найти ответ на вопрос «Что же было вчера?» « Так-так… Пришли к Фокину…. Была его жена, ещё незнакомая женщина с мужем… еще какие-то малознакомые мужики. Пили… Что? Не помню. Водку, наверное. Но не мог я напиться до беспамятства. Ну три рюмки… Ну четыре. Это предел! Это вообще мой предел, дальше просто организм не принимает! Не могли же Фокины меня специально напоить, или подмешать что-то. Стоп!!!» Внезапно вспышка озарения… «Да, они ничего и не подсыпали! Они дали мне таблетки от аллергии, когда я расчихался там, за столом! Кошек я не переношу, а у них такой Сибиряк лохматый! Мне даже пришлось выйти в ванную, там и выпил две таблетки. Ещё и вкус показался какой-то необычный. Может, от них я и отрубился?» Андрей даже подпрыгнул на диване, на этот раз уже чувствительная боль в запястьях заставила принять прежнее положение. Затем, неловко изогнувшись, взял бутылку с водой, отпил. Когда ставил, увидел лежащий рядом красный бюстгальтер. Взял в руки, почувствовал липкость, расправил. «Откуда он взялся? С кого бы я его мог снять?... Да и не снимал я, уж это то в любом состоянии должен бы запомнить. Или всё же таблетки так меня загрузили, что на автопилоте начал чудить? Но это немыслимо! Жена Фокина, ну никак! Другая дама. С ней вроде муж был… Ё-моё, да эта штука, ну никак не может им принадлежать!. Это же…» Андрей покрутил чуть согнутыми ладошками перед глазами, оценил размер. Конечно, эта вещь никакого отношения к присутствующим на вчерашнем вечере дамам отношения не имела. «Так как же она оказалась у меня. Думай… думай, гад, вспоминай!» Долго вспоминать не пришлось. Как вспышкой высветилась картинка: он сильно чихает в ванной, из носа льёт, как из крана, платок остался в пиджаке в комнате, Андрей тянется к полотенцу, теряет равновесие, мах руки, цепляет висящий на натянутой леске лифчик, машинально вытирает лицо. Кто-то открывает дверь в ванную, он в замешательстве засовывает за пазуху запачканную вещь. Затем туман. Картинка безвозвратно исчезает. Да дальше и не важно. Всё! Всё встало на свои места! Надя! Ура! Развод отменяется! Возвращайся, всё позади. Мы снова вместе! Счастливая улыбка не исчезла даже при взгляде на монитор. Да чёрт с ним, с этим депозитом! Система готова, отработана. А деньги он заработает. Пара-тройка лет и всё будет в ажуре. Сейчас ему по силам абсолютно всё. А Наденьку он дождётся. Сейчас уже есть смысл ждать… …Он не услышал, как в два часа ночи открылась дверь. Открыл глаза только, когда плачущая жена освобождала его руки. Он успел только сказать, вкладывая всю свою любовь: «Наденька, я не виноват… я звонил, но твой мобильник не отвечал…», как она стала осыпать поцелуями его лицо и, сквозь рыдания, говорить бессвязные, но самые важные слова: – «прости…. я знаю… час назад позвонила Фокиным… сюда на такси… они…случайно… снотворное. Бюстгальтер пропал…. обыскались…это племянница приехала… постирала…. Прости, родной!» Он обнял плачущую жену, целовал её, гладил лицо, тоже плакал. Ощущение абсолютного счастья перемешало их души в единый пульсирующий сгусток. Наконец они чуть отстранились и стали смотреть друг на друга влюблёнными глазами. Потом Надежда Петровна произнесла: «Раз уж я ошиблась с этим, может быть ошибаюсь и с другим… Объясни, и я поверю всему, что ты скажешь. Что за деньги ты готовил этой Машке?» Андрей улыбнулся радостно, как ребёнок. И заговорил… Через несколько минут двум самым счастливым людям на земле уже не нужны были никакие слова… Ещё через час они встали… Надя виновато подошла к монитору, Андрей с безразличным видом прошёл на кухню. Не успел прикурить, как странный возглас жены заставил его запрыгнуть в комнату. Надя зачарованно смотрела на монитор. Андрей подошёл, взглянул. Депозит составлял 17 000 долларов. Котировки стояли. Форекс ушёл на выходные до понедельника. Практически все открытые позиции прошли сотни пунктов. Самый большой профит был на золоте. Зафиксировать прибыль не было возможности. Два дня тянулись очень медленно. Надя пыталась было сказать мужу, что раз торговли нет, то и прибыль никуда не денется. В ответ слышала не очень понятное – «Может быть гэп. Но ничего страшного, валют много, всё равно профит не исчезнет» В понедельник был гэп. Андрей закрыл все позиции в течение 5 минут. Депозит составил более 20 000 долларов. Через два года Надя и Андрей обживали виллу на Адриатическом побережье. Виллу назвали «Машка».