Про пять направлений, первый шаг и небо над Парижем
Однако произошли на неделе и другие не менее значимые и симптоматичные события. В небо над Парижем взмыл новый российский региональный лайнер Sukhoi SuperJet 100. В Екатеринбурге друг за другом прошли два саммита - ШОС и БРИК. А в Москве состоялось первое заcедание Комиссии по модернизации экономики при президенте РФ. Об этих событиях и предлагаю поговорить в текущем обзоре.
Модернизацию поделили на пять
В четверг Дмитрий Медведев посетил "Лабораторию Касперского". Само по себе событие выглядело чисто техническим, если бы не одно "но". По ходу этого мероприятия президент впервые озвучил пять направлений инновационного развития страны. Каждое из которых будет удостоено создания отдельной рабочей группы в Комиссии при президенте РФ по модернизации и технологическому развитию экономики России. А также, соответственно, своего специального плана развития.
1. Энергоэффективность и ресурсосбережение, в том числе вопросы разработки новых видов топлива.
2. Ядерные технологии.
3. Космические технологии, телекоммуникации, включая, разумеется, и ГЛОНАСС, и программы развития наземной инфраструктуры.
4. Технологии в области медицины, включая производство и разработку лекарственных препаратов и медицинского оборудования.
5. Стратегические информационные технологии, включая создание суперкомпьютеров и программного обеспечения.
А уже на самом первом заседании "инновационной" комиссии Медведев пояснил, почему выделены именно эти пять направлений, а не какие-то другие. Во-первых, по словам президента, это "направления, где есть уже значимый задел, где не утрачены признаки конкурентоспособности или возможности конкурировать". Во-вторых, выбраны именно те сектора экономики, развитие которых способно дать "значимый мультипликативный эффект" и послужить "катализатором движения модернизации в смежных отраслях". Ну и, наконец, в-третьих, значимым
фактором при выборе направлений стала "привязка к нуждам обороны и вопросам безопасности государства".
В общем, получается следующим образом - если в определенной сфере деятельности российские разработки сопоставимы с мировым уровнем, если они позволят произвести продукцию, которая станет востребованной на мировом рынке уже в самом обозримом будущем, то за это стоит браться. Ели нет - то и соваться туда не надо. Особенно с учетом, что сам процесс модернизации у нас "запускается" "в ручном" режиме. А "рук", как известно, на все хватить просто не может.
И еще один момент, связанный с набором выбранных направлений для модернизации, который хотелось бы отметить. Первый и второй пункты из обозначенной президентом "пятерки" если и не целиком и полностью связаны друг с другом, то, по крайней мере, очень здорово пересекаются. Разве, развивая ядерные технологии, мы тем самым не занимаемся решением проблемы "энергоэффективности"?
Кстати, дополнительную путаницу по этому вопросу внес помощник президента Аркадий Дворкович, который, комментируя создание пяти групп по направлениям модернизации, отнес атомную энергетику, перспективные энергоносители и новые виды топлива именно к направлению "ядерных технологий". В словах же президента новые виды топлива прозвучали как часть направления "энергоэффективности".
Создается ощущение некоей искусственности разделения этих двух направлений. Впрочем, не исключено, что сделано это с умыслом поделить разработки по их назначению - на гражданские и военные.
Первый шаг в "новый миропорядок" был сделан в Екатеринбурге
В Екатеринбурге состоялся первый саммит БРИК, который российский президент охарактеризовал как "выдающееся - можно сказать, историческое событие".
Вероятно тем обстоятельством, что лидеры "четверки" впервые встретились в таком формате, и объясняется повестка дня саммита. Круг вопросов, которые обсуждались, получился весьма широким - от проблем расширения сотрудничества между странами до глобальных мировых проблем. И, тем не менее, можно выделить одну тему, которая стоит особняком.
Речь идет о новой архитектуре мировых финансов. Лидеры БРИК в итоговом заявлении подтвердили свою "приверженность продвижению реформы международных финансовых институтов с тем, чтобы она отражала изменения в мировой экономике". И взяли курс на "более диверсифицированную валютную систему". В частности - дали поручение финансовым ведомствам своих стран начать готовить параметры этой самой новой мировой "финансовой архитектуры", которые впоследствии будут изучаться и, в случае одобрения, претворяться в жизнь. Возможно даже уже на следующем саммите, который состоится в будущем году в Бразилии.
Особую важность в плане "диверсификации валютной системы" представляет намерение стран БРИК больше использовать национальные валюты во взаимной торговле. В этом уже больше конкретики, чем в абстрактных разговорах о каких-то, пока еще довольно умозрительных, наднациональных валютах или региональных резервных валютах.
Небо над Парижем
На неделе состоялся традиционный авиасалон во французском Ле Бурже. Российская сторона решила сделать из этого мероприятия полномасштабную презентацию своего нового регионального лайнера Sukhoi SuperJet 100. Вплоть до того, что данный самолет оказался единственным нашим экспонатом на выставке. Остальные российские производители авиатехники ограничились лишь настольными макетами. Объяснялось это необходимостью не "рассеивать внимание публики" какой-либо другой продукцией. Не отвлекать от международной премьеры SSJ-100.
Однако особый интерес представляет международная реакция на новый российский лайнер. Дело в том, и этого никто не скрывал, что проектировался самолет под западные стандарты с целью продвижения его на международные рынки. И вот эта реакция оказалась совсем даже неоднозначной.
В частности, Forbes скептически сообщил, что SSJ-100 не предложил ничего нового. Ну, по крайней мере, ничего такого, чего уже не было бы у его конкурентов: канадского Bombardier или бразильского Embraer, которые сегодня доминируют на рынке региональных самолетов.
Однако с этой точкой зрения не согласилось швейцарское издание Tages anzeiger, которое охарактеризовало SSJ-100 не просто самолетом, а "зримым доказательством возрождения России как ведущего высокотехнологичного и индустриального государства". При этом издание отметило, что SSJ не просто соответствует западным стандартам, а даже их "частично превосходит". Самым же убедительным аргументом в пользу российского самолета стала его цена - порядка 28 млн долларов, что меньше, чем могут предложить конкуренты - те же Bombardier или Embraer. Также издание отметило и еще один принципиальный момент - экономичность SSJ, которая в современных авиаперевозках является чрезвычайно важным фактором.
Сарказм Forbes, как и в целом неоднозначное отношение к новому российскому самолету, понять несложно. Когда новый производитель выходит на рынок с уже сложившейся системой взаимоотношений, со своими лидерами - отношение к нему всегда бывает настороженное.
Впрочем, некоторую осторожность в оценках пока вызывает и то обстоятельство, что в основном покупателями SSJ являются российские компании. Ну, за исключением "Армавиа" и небольшого итальянского перевозчика Itali, которые погоды на рынке международных авиаперевозок явно не делают. Malev же, подписавший соглашение на 30 самолетов, фактически является наполовину российской компанией, ибо 49% его акций принадлежат ВЭБу.
Как бы то ни было, сегодняшние 152 контракта в ситуации, когда еще даже не началось серийное производство самолета, а "Сухой" никогда ранее вообще ничего не производил для гражданской авиации, можно считать неплохим результатом.