Почему нефть удерживается выше $90 за баррель и продолжает двигаться вверх
Мы продолжаем говорить о том, что происходит на Ближнем Востоке, особенно в Ормузском проливе.
Повторю: мы можем сколько угодно следить за политическими заявлениями Трампа или иранской стороны. Можем обсуждать, кто что сказал, кто кому что предложил, открыт пролив или не открыт. Но для нефтяного рынка важна нефть на воде.
И вот аналитическая компания Kpler, которая внимательно следит за физическими потоками нефти и отслеживает движение танкеров, отметила очень интересную тенденцию.
Напомню, что 60-дневное окно, установленное меморандумом между США и Ираном, закончилось 17 августа. Нового соглашения нет. Продления нет. Активных переговоров тоже нет. При этом сам меморандум позволил вывезти из Персидского залива огромное количество нефти — около 374 млн баррелей.
Но если в очередной раз чуть подробнее погрузиться в цифры, то до войны через Ормуз проходило около 15 млн баррелей нефти в сутки. Во время 60-дневного окна средний объём составил лишь 6,1 млн баррелей в сутки.
То есть даже в период действия меморандума через пролив проходило около 40% от нормального объёма. И более половины всей нефти, вывезенной за эти 60 дней, покинуло регион в первые три недели.
Почему? Потому что в первые недели начали выпускать уже накопившуюся нефть. Объём нефти в плавучих хранилищах сократился с 61 млн до 16 млн баррелей. Танкеры, которые застряли в проливе, удалось на какое-то время освободить, и именно этот краткосрочный выброс предложения создал для мирового рынка временную нефтяную подушку.
Сначала эти баррели находились на воде. Затем они дошли до покупателей, попали в хранилища и начали поступать на нефтеперерабатывающие заводы. Именно поэтому последствия нового ухудшения ситуации в Ормузском проливе рынок почувствовал не сразу.
Даже когда меморандум уже начал разваливаться, нефть, которую вывезли в первые недели, продолжала физически двигаться в порты назначения. Именно этот буфер сглаживал дефицит.
Но теперь он заканчивается. Kpler отмечает, что с сентября запасы и временные буферы, которые до сих пор перекрывали недостающие поставки, начнут заметно сокращаться. А основной удар по ценам и инфляции мы увидим уже в IV квартале.
Здесь, на мой взгляд, и объяснение того, почему рынок начинает иначе реагировать на политические заявления. Помните, что в июле и первой половине августа было достаточно очередного сообщения о возможном открытии пролива, переговорах или снижении напряжённости — и нефть могла пойти вниз. Потому что на рынке ещё присутствовали дополнительные баррели, вывезенные в первые недели меморандума.
Сейчас ситуация совсем другая. Несмотря на бесконечные сообщения о том, что пролив то ли открывается, то ли уже почти открыт, нефть удерживается выше $90 за баррель и продолжает двигаться вверх. Почему? Потому что рынок постепенно перестаёт оценивать заявления и начинает смотреть на физические потоки и идёт реальный спрос.
Вернёмся к подсчёту того, какой дефицит складывается. Если нормальный поток через Ормуз — около 15 млн баррелей в сутки, а во время действия меморандума — в среднем 6,1 млн, получается разница — примерно 8,9 млн баррелей ежедневно. Умножаем её на 60 дней и получаем около 534 млн недопоставленных баррелей. Это практически совпадает с оценкой Kpler: дефицит относительно нормальной работы Ормузского пролива составляет около 550 млн баррелей нефти.
И это только за 60-дневное окно. После окончания меморандума ситуация стала хуже. При этом Иран не выигрывает от происходящего. В июле Иран загружал на танкеры в среднем около 893 тыс. баррелей нефти в сутки. С 1 по 17 августа отслеживаемый Kpler объём рухнул до 156 тыс. баррелей в сутки.
Конечно, реальный экспорт может быть несколько выше. Часть танкеров отключает транспондеры, используются перевалки и другие способы скрыть происхождение груза. Но даже с учётом этого масштаб падения огромный. То есть Иран серьёзно теряет нефтяные доходы и американская блокада работает. Причём теряет их прямо сейчас.
Но вернусь к тому, что и для США ситуация легче не станет. Если до 1 сентября пролив не откроют, то сокращение нефтяной подушки, созданной открытием пролива, начнёт ещё сильнее отражаться на ценах на нефть и продукты нефтепереработки.
Комментарии