Обзор зарубежной прессы: пожары и политика

Российские пожары остаются горячей во всех смыслах темой. Вместе с отечественными СМИ западные журналисты продолжают искать ответ на вопрос: "Кто виноват?". В рассуждениях на эту тему на первый план выходят политические моменты. "Зашкаливающие температуры сыграли очевидную роль, усугубив ситуацию с пожарами, но влияние оказал и ряд "человеческих факторов", - констатирует The Economist (Into the Inferno, 12.08.2010), перечисляя в качестве таковых новый Лесной кодекс, принятие которого привело к значительному сокращению лесной охраны, плачевное состояние дорог и пожарного оборудования и, наконец, коррупцию, "конвертирующую скромные расходы правительства на пожарную безопасность в шикарные машины для глав пожарных инспекций".

При этом пока москвичи задыхались от токсичного смога, а моргам приходилось работать в условиях удвоившегося уровня смертности, российский президент Дмитрий Медведев объяснял, что "правительство нельзя винить в природных катаклизмах", и "пытался перевести народный гнев на местных чиновников, которых Кремль давно лишил независимой власти", пишет издание. А премьер-министру Владимиру Путину, хорошо усвоившему урок "Курска" (будучи тогда президентом, он подвергся жесткой критике в СМИ за то, что в августе 2000-го не прервал свой отпуск, когда экипаж подводной лодки медленно умирал на своем судне), разрушительные пожары в центральной России в августе 2010-го, по словам автора, дали хорошую возможность продемонстрировать участие, укрепив снижающуюся популярность. "Путин чувствует себя как рыба в воде, разъезжая по сожженным деревням с обещаниями компенсаций, запрещая экспорт пшеницы и давая по телефону инструкции сидящему в кабинете Медведеву из березовых рощиц", - иронизирует The Economist, указывая, что подобные "выступления", в частности эффектный вылет премьер-министра в качестве второго пилота на самолете-амфибии для участия в тушении пожара, заставляют звучать двусмысленно слова путинского "второго пилота" Медведева о том, что делать политический капитал на человеческом горе - дурной тон.

По мнению The Guardian, "российское горячее лето 2010-го подтверждает то, что признают политики во всем мире: авторитарные режимы из-за неподотчетности власти не умеют справляться с нештатными ситуациями" (Wildfires and Smog: A Wakeup Call for Russia, 11.08.2010). Автор приводит в качестве примера ситуацию с мэром Москвы Юрием Лужковым, отсутствовавшим в городе в самую горячую пору: "Что было бы, если бы перед Лужковым, срок полномочий которого истекает в октябре 2011 года, маячила перспектива новых выборов? Позволил ли бы он себе уйти в отпуск, когда город загибается от жары и ядовитого дыма? Конечно, нет. Но ни Лужкову, ни тому, кто может его сменить, не нужно волноваться о мнении избирателей, так как с недавних пор Кремль вместо того, чтобы обеспечивать свободные и справедливые выборы, назначает мэра Москвы (как и людей на все остальные аналогичные по значимости позиции) самостоятельно".

Еще одну причину беспомощности авторитарных правительств перед чрезвычайными ситуациями The Guardian видит в том, что, "контролируя СМИ, в первую очередь телевидение, лидеры таких стран не могут трезво оценить и просчитать возможные риски". По большому счету, винить россиянам нужно самих себя: "трагическая ситуация, в которой они оказались, - прямой результат того, как они голосовали в прошлом", полагает издание. "Политическая апатия, характерная для сегодняшней России, - серьезная угроза для ее выживания", - предупреждает автор, выражая надежду, что горячее лето-2010 поможет россиянам это понять. Пожары выявили недостатки в системе управления в России, соглашается The Financial Times: "Когда власть на местах находится в руках неэффективных и коррумпированных бюрократов, самые простые инструменты обеспечения безопасности, такие как функционирующий Лесной кодекс или адекватно действующие аварийные службы, превращаются в рудименты. Когда ресурсы распределяются из Москвы, они слишком долго идут до места назначения" (Russia's Fires Point to Need for Reform, 11.08.2010). "Инструментами, с помощью которых Путин (в бытность президентом) начал реформировать Россию, были жесткая централизация власти и установление диктатуры Кремля. Возможно, это позволило прекратить развал страны и обуздать хаос ельцинской эпохи, но механизмы монархии не подходят для управления страной такого размера, как Россия", - заключает издание.

Та же The Financial Times в разделе комментариев публикует несколько писем в ответ на вышедший ранее редакционный материал Russia's Grain Ban Is the Wrong Response, посвященный введенному РФ временному запрету на экспорт зерна и цитировавшийся в предыдущем обзоре зарубежной прессы. В частности, профессор экономики Колумбийского университета в Нью-Йорке Падма Десаи согласилась с тем, что запрет "контрпродуктивен", так как он "ущемляет интересы российских экспортеров пшеницы перед действующими на мировых рынках зарубежными поставщиками" (Russia Needs to Introduce a Tax on Wheat Exporters, 11.08.2010). Вместо запрета автор письма предлагает ввести для российских компаний адекватную пошлину на экспорт пшеницы, дав им возможность осуществлять зарубежные поставки по цене, включающей такую пошлину. "Пошлина обеспечит бюджету дополнительные доходы, с помощью которых можно будет компенсировать пенсионерам и безработным повысившуюся стоимость хлеба", - отмечает экономист.