Обзор зарубежной прессы: Политическая подоплека наводнения и экономические последствия вступления в ВТО

Наводнение в Краснодарском крае, которое по данным МЧС унесло жизни 171 человека, стало на прошедшей неделе основной темой заголовков российских и зарубежных СМИ. Журналисты не только сопереживали пострадавшим в "беспрецедентной трагедии", как назвал ее губернатор края Александр Ткачев, но и задавались вопросом, каким образом могло погибнуть такое количество народа, обвиняли российские руководство в халатности и искали в произошедшем политическую подоплеку.

Как пишет американское издание The Seattle Times (Russians blame leaders for deaths from flash floods, 09.07) многие жители Крымска, наиболее пострадавшего от наводнения города, считают, что причиной наводнения, помимо сильнейших ливней, стал спуск воды из соседнего водохранилища. По мнению жителей, таким образом власти хотели защитить от удара стихии дворцовые резиденции, построенные для губернатора края и, возможно, для самого Владимира Путина (хотя в Кремле эту информацию отрицают). Наученные горьким опытом, россияне привыкли винить своих лидеров в той или иной катастрофе, а также в сокрытии причин произошедшего, пишет автор статьи Кэти Лэлли. В качестве примеров приводятся авария на Чернобыльской АЭС в 1986 году, затонувшая в 2000 году атомная подлодка "Курск", а также разбившийся в сентябре прошлого года самолет с хоккейной командой "Локомотив" на борту: "Местные жители утверждают, что это произошло из-за того, что московские чиновники проводили в городе экономический форум и спешили очистить взлетно-посадочные полосы для высокопоставленных гостей". Жители Крымска также обвиняют местные власти в том, что население не было вовремя предупреждено о надвигающейся стихии, отмечает The Seattle Times и приводит слова Александра Ткачева о том, что официальное предупреждение было получено поздно вечером в пятницу, и физической возможности оповестить всех не было. Тем не менее, губернатор все же уволил главу местной администрации, возможно, для того, чтобы отвести гнев жителей от самого себя, а также от президента, предполагает издание. Автор материала также напоминает о том, что территория, которой руководит Ткачев, включает в себя и Сочи, где состоятся Олимпийские игры-2014, так что губернатор может считать себя в безопасности. "Путин не захочет вносить какие-либо изменения", - цитирует издание слова депутата от оппозиции Ильи Пономарева.

Катастрофы занимают в России отдельное место, поскольку задевают "политический нерв", считает The Guardian (Russia: government and other national disasters, 09.07). Выжившие в той или иной трагедии считают себя жертвами не только злого рока, но и собственного государства. По мнению авторов редакционной статьи, в России сейчас очень мало доверия между властью и гражданами, отсутствуют независимые институты, способные смягчить шок от трагедии, так что катастрофы позволяют сделать более правильные выводы о человеке, стоящем во главе государства, чем те же демонстрации. Путин, которого так часто обвиняют в том, что он является "сильным лидером сильного государства", из-за подобных эпизодов с Крымском и других катастроф имеет совершенно противоположный имидж: слабого человека, стоящего во главе разрушающегося государства, который не способен даже на минимальном уровне обеспечить работу аварийных служб. Однако, заключает The Guardian, Путина нельзя обвинять во всем, что в России происходит не так. Каждый раз, когда случается катастрофа, он обнаруживает, что между ним и возмущенными жертвами не стоит ничего. А это уже, по мнению журналистов, является последствием многолетнего "ручного управления" страной, нехватки инвестиций в инфраструктуру, вертикальной структуры назначения чиновников, которые сейчас прогибаются под весом собственной несостоятельности.

Трагедия в Крымске увеличила пропасть между россиянами и правительством, вне зависимости от того, чем все закончится - увольнениями, компенсациями, уголовными расследованиями, считает также автор The New York Times Эллен Барри (After Russian Floods, Grief, Rage and Deep Mistrust, 10.07). Путин постарался не повторять своих прошлых ошибок, прилетел в регион, потребовал провести полное расследование трагедии, однако вряд ли это успокоило жителей Крымска, которые провели вторник (10 июля), отмывая от грязи полы и стены своих домов, расчищая груды зловонного мусора на улицах. Издание цитирует слова некоторых жителей Крымска (которые предпочли не называть своих фамилий, опасаясь проблем с местной полицией), в полной мере отражающих их отношение к произошедшему и к властям: "Путин приехал, Ткачев приехал, мэр приехал. Они все отрицают. Они защищают свои интересы. Почему они должны защищать простых людей?".

Не менее обсуждаемой темой в зарубежных СМИ на прошедшей неделе стало событие, которого ждали 18 лет: Госдума проголосовала за ратификацию договора о вступлении России в ВТО. По мнению журнала The Economist, это даст стране новый шанс на индустриальную модернизацию, спустя два десятилетия, которые начались хаотичными реформами, а закончились "спиральной коррупцией", и были при этом отмечены опасной зависимостью России от добывающей промышленности (Russia’s economy and the World Trade Organization. A chance to get down to business, 12.07). Автор статьи размышляет на тему того, удастся ли России повторить опыт Китая, для которого вступление в ВТО в 2001 году стало вехой на пути к превращению в глобальный экономический центр. С одной стороны, внутренний рынок РФ уже может создать прочную основу для того, чтобы его производители стали экспортерами, уменьшив, таким образом, зависимость от энергоносителей и полезных ископаемых. В российской промышленности достаточно направлений, которые могут конкурировать на глобальном рынке, если дать им шанс, пишет издание, в качестве примера приводя производство самолетов, вертолетов, двигателей, турбин, военной техники. Со свежими инвестициями и хорошим управлением - и "конкурентным шоком" от вступления в ВТО - производительность российской промышленности может резко возрасти.

С другой стороны, The Economist отмечает, что Россия получает гораздо меньше иностранных инвестиций, чем многие другие развивающиеся рынки. А все потому, что Россия - "это особенно плохое место для ведения бизнеса, с удушающей бюрократией, ненадежными судами (просто спросите об этом ВР) и организованной преступностью". Кроме того, несмотря на объявленную приватизацию, российское правительство действует в обратном направлении, выкупая, к примеру, доли западных акционеров в некоторых космических компаниях. Вместо того чтобы рассматривать членство в ВТО как способ сделать отечественную промышленность конкурентоспособной, российские законодатели, кажется, лишь стремятся нарушать правила клуба в сфере свободной торговли. Журналисты агентства Reuters также пишут о том, что вступление России в ВТО по своему значению может быть сравнимо со вступлением в эту организацию Китая (Russia talks tough as it clears final hurdle to WTO, 11.07). Однако "у нас есть некоторое беспокойство, поскольку мы понимаем, что "медового месяца" не будет. С Китаем был "медовый месяц", но с Россией скоро будет очень жарко", - цитирует агентство одного из своих анонимных собеседников. "Я уверен, что-то такое начнется очень скоро. Будет интересно посмотреть, заявятся ли они со своими пушками наперевес", - согласен и другой собеседник Reuters. Авторы материала отмечают, что длительные переговоры, которые предшествовали вступлению России в ВТО, создали президенту Путину репутацию "колючего переговорщика": так, в 2009 году он махнул рукой на переговоры, переключившись на проект создания Таможенного союза с Казахстаном и Белоруссией. Reuters также полагает, что, даже став членом ВТО, Россия будет применять активные меры для защиты своего внутреннего рынка.

В иностранной прессе последних дней также большой резонанс получила новость о том, что российская Госдума приняла поправки к действующему закону об информации, которые фактически могут стать "прелюдией к цензуре" в Интернете. Так, журналист американской Foreign Policy Джошуа Китинг пишет, что Россия, кажется, стала очередной страной, взявшей на вооружение метод сетевых фильтров, которые изначально разработаны для борьбы с детской порнографией, а затем могут запросто использоваться и против политически сомнительных материалов (Porn filter or prelude to censorship? 11.07). Первой страной, которая начала таким образом ограничивать доступ граждан к Интернет-сайтам, стал Китай, затем его примеру последовали Индонезия, Турция, Сирия. В России же, как пишет издание, несмотря на общее сворачивание политических свобод при Путине, политический диалог в Интернете - особенно в блогах "Живого журнала" - оставался относительно свободным. Однако новый шаг правительства, возможно, означает, что сатирические видеоролики, которых стало слишком много, властям уже порядком надоели. Учитывая то, что центральными фигурами в российском протестном движении стали панк-группа Pussy Riot, демонстрантки в бикини и склонная к скандальному стилю одежды Ксения Собчак, несложно представить, как закон, направленный против порнографии, может быть применен и против свободы политического слова.