Обзор зарубежной прессы: БРИК или БИК?

Саммиты ШОС и БРИК в Екатеринбурге, наряду с политическим кризисом в Иране, стали главными событиями прошедшей недели и, соответственно, информационными поводами для публикаций в прессе. Комментарий редакции "Financial Times" уже традиционно один из самых жестких (Not quite yet a house of Brics, 17.06.09). "Ну, естественно, самое главное, в чем сейчас нуждается мир, это очередная говорильня, четверка БРИК присоединилась к Большой двойке, Двадцатке, не говоря уже о Семерках и Восьмерках, во всеобщей погоне за самым удачным коммюнике", - пишет издание. Как минимум неуместным показалось авторам и провозглашение Екатеринбурга "эпицентром мировой политики" на время проведения саммита: пусть глобальный центр благодаря кризису и смещается в сторону Азии, в основном, благодаря Индии и Китаю, но он вряд ли окажется где-то около Екатеринбурга, "что бы не говорили русские". Не стоит говорить и о каком-либо единстве в рядах БРИК: две демократии, одна полудемократия и авторитарный режим не могут иметь "общих ценностей". Индия и Китай также скорее соперники, чем союзники на мировой арене, Россия с опаской смотрит на растущее влияние Китая. Однако издание отмечает, что все-таки не стоит относиться к БРИК излишне иронично. Развивающиеся страны имеют полное право требовать бОльшей представленности в международных организациях, при этом не важно, что пока БРИК - это только аббревиатура "в поисках наполненности".

Журнал "Forbes" публикует пространную статью о перспективах каждой страны из четверки БРИК (The BRICs: An Analysis, 18.06.09). Издание отмечает, что прошедший в Екатеринбурге саммит, несмотря на ожидания некоторых наблюдателей, оказался в большей степени политическим, нежели экономическим. Объединяющая идея четверки понятна - добиться большего веса стран БРИК в мировой политике и экономике, что до различий, то их существенно больше. Бразильская экономика нуждается в продолжении едва начатых реформ налоговой и банковской системы и инвестициях в ненефтяной сектор. Дели сильно зависит от иностранных инвестиций и экспорта IT, Китай, наметивший переориентацию на внутренний спрос, может потерять темп прироста ВВП, однако остается единственной страной четверки, не критично зависящей от зарубежных инвестиций. Россия, по мнению автора, и вовсе выглядит "лишней" в этой четверке. Сокращение производства нефти и нефтяных доходов в целом, отток капитала и большие долги российских банков и компаний привели к тому, что Россия больше других пострадала от кризиса. Кроме этого, общеизвестны и более глубокие проблемы российской экономики, способные сильно повлиять на долгосрочный рост: слабая продуктивность, демографический спад и недостаточное инвестирование в инфраструктуру по сравнению с остальными развивающимися рынками. Прогноз автора по поводу влияния БРИК на мировой арене весьма пессимистичен. В ООН, ВТО и других организациях интересы стран не совпадают, что до МВФ, то объявленные суммы на покупку облигаций фонда (50 млрд долл. от Китая и по 10 млрд долл. от оставшихся трех стран) - хороший аргумент, но не ясно, достаточный ли.

Британский еженедельник "The Economist" и вовсе доводит до логического конца мысль о том, что России в БРИК не место, предлагая переименовать объединение в БИК, убрав "слабое звено" (Red square blues, 4.06.09). Описав пике российской экономики, начавшееся в сентябре прошлого года, автор задается вопрос, почему же жители страны, так серьезно пострадавшей от кризиса, до сих пор активно не выступают против действующей власти, не только не сделавшей ничего для сокращения зависимости от нефтяной иглы, но и еще более усилившей ее в прошлые годы. Этот парадокс автор объясняет тем, что, с одной стороны, слишком силен контроль власти, подавляющей оппозицию, с другой - россияне за прошлые "сытые" годы смогли сделать достаточно накоплений, чтобы сейчас пережить кризисный период. Однако даже когда цена на нефть вырастет настолько, чтобы бюджет страны перестал быть дефицитным, власти необходимо серьезно подумать о структурных реформах в экономике. В противном случае стране грозит стагнация, а не усиление влияния на мировой арене, полагает издание.