Общая «девалютизация» банковских балансов остается очевидным приоритетом Банка России

Банк России объявил о повышении с марта нормативов обязательных резервов по обязательствам в рублях (на 1 пп до 4%) и в иностранной валюте (на 2 пп до 7%).

Напомним, что после того, как в марте 2022-го года норматив обязательных резервов для банков с универсальной лицензией по всем категориям обязательств был снижен до 2%, это уже третий эпизод их повышения. В первых двух эпизодах (с мая и августа 2022-го года) прирост средних за период усреднения остатков на корсчетах составил порядка 350 млрд руб. и 600 млрд руб., соответственно.

Опираясь на эти значения, мы очень приблизительно оцениваем эффект абсорбирования ликвидности от текущего раунда повышения нормативов в 800 млрд руб. Более точные оценки затруднены отсутствием детального раскрытия финансовой информации по банковскому сектору и отказом Банка России от публикации данных по влиянию обязательных резервов на автономные факторы ликвидности.

Тем более, ввиду действия усреднения резервов «жестко связаны» будут лишь 80-100 млрд руб., а остальные средства останутся доступны на корсчетах. В любом случае сумма не выглядит критично высокой в условиях, когда банки располагают возможностью размещать 7.0 трлн руб. короткой ликвидности на депозитах в ЦБ.

Следующий шаг по повышению нормативов обязательного резервирования стоит ожидать к июню текущего года – ранее регулятор сигнализировал готовность довести к этому моменту норму резервирования по рублевым и валютным обязательствам до предкризисного уровня (5% и 8%, соответственно). При этом мы пока не видим от Банка России сигналов о готовности к дифференциации нормы резервирования для обязательств в «дружественных» и «недружественных» валютах – то есть общая «девалютизация» банковских балансов остается очевидным приоритетом регулятора.