Нефть перешла к системному падению
Нефть вновь оказалась в центре внимания. Напомним, что неделю назад стоимость Brent сначала резко обвалилась в диапазон $82-83/барр. на слухах о возможном пересмотре странами ОПЕК+ октябрьских планов по сокращению квот добычи нефти, а затем не менее резко вернулась в диапазон $87-88/барр. сразу после опровержения лидерами ОПЕК+ подобных спекуляций.
На этот раз переход барреля Brent в диапазон $81-82/барр. состоялся по не связанным с ОПЕК+ причинам. Выдача лицензии американской компании Chevron на добычу нефти в Венесуэле Минфином США ослабила общие опасения, что предложение «черного золота» будет ограничено после введения потолка цен на российскую нефть. Одновременно очередное ужесточение антиковидных ограничений в Китае вновь заставило усомниться в устойчивости спроса. Оценить последствия «китайского фактора» в моменте непросто, зато «венесуэльский фактор» выглядит как незначительное для фундаментальных показателей событие.
В случае с Венесуэлой до введения наиболее жестких санкций в 2016 году (фактически эмбарго на поставки нефти на внешний рынок, которое игнорировалось лишь некоторыми странами Азии) объем добычи составлял в среднем 340 тыс. тонн/сутки, а к текущему моменту стабилизировался на уровне ок. 100 тыс. тонн/сутки. По мнению представителей отрасли, компания Chevron сможет достичь производительности в 11-14 тыс. тонн/сутки в течение ближайших нескольких месяцев (сейчас Chevron производит вдвое меньший показатель), однако для удвоения цели (еще 15-16 тыс. тонн/сутки) потребуется не менее двух лет и объемных инвестиций.
Послабления в адрес Венесуэлы в моменте могут иметь малозначительное влияние на фактор предложения для всего рынка нефти в целом (совокупный объем добычи ок. 13.7 млн тонн/сутки). При этом для рынка США могут сформироваться благоприятные условия – как минимум в части замещения российских поставок (в 2021 году Россия экспортировала в США в среднем 20 тыс. тонн/сутки). Таким образом, эффект на цены со стороны послаблений может оказаться неглубоким и недолгим при условии сохранения статуса-кво политически мотивированных ограничений со стороны США в отношении ряда других стран-производителей нефти.
Текущий ценовой шок на сырьевом рынке должен транслироваться в цены российских марок нефти со знаком «минус». При сохранении дисконта Urals против Brent в размере ок. $24/барр. марка Urals предположительно подешевела до $57/барр. С одной стороны, это создает защитный ценовой буфер на случай установления ценового потолка для российской нефти на уровне выше $60/барр., который в теории может сохранить объемы и структуру текущих поставок. С другой стороны, падение цены нефти создает дополнительные трудности для федерального бюджета в перспективе 2023 года (принят 24 ноября с прогнозом нефтегазовых доходов в размере 8.9 трлн руб.).
Текущие предпосылки Минфина по цене нефти и валютному курсу в среднем за 2023-й год составляют, соответственно, $70.1/барр. и 68.3 рублей за доллар, а отклонение нефтегазовых доходов от прогнозных в случае сохранения текущих ценовых уровней нефти и рубля может составить до 1.0 трлн руб. При прочих равных это может ограничить возможности бюджета для пополнения ФНБ: в бюджете заложен объем пополнения в 2024 году (по итогам 2023 года) в размере 939 млрд руб. Поэтому потребность в дополнительных заимствованиях (сверх плановых 2.6 трлн руб.) может возникнуть лишь в случае системного превышения потерь приведенной оценки. Соответственно, сейчас фундаментальный эффект на рынок госдолга и валюты может оказаться умеренно низким ввиду (не считая эмоциональных и спекулятивных реакций) отсутствия (пока) потребности в дополнительных заимствованиях и высокой вероятности отказа Минфина от восполнения резервов.