Неделя на мировой арене: возможно ли иранское обострение?

На прошедшей неделе Иран как минимум дважды стал важным "ньюсмейкером" для мировых информагентств: в начале недели косвенно, когда обсуждалась якобы планировавшаяся морская блокада государства, и в конце недели, когда Тегеран объявил о запуске ракеты-носителя, опять же якобы вывевшего на орбиту первый иранский спутник. Позднее ни та, ни другая информация не подтвердилась, однако в каждой неподтвержденной информации, как водится, может быть и доля правды.

После того, как в начале августа переговорщики по иранской проблеме фактически заявили о том, что Тегеран никак не отреагировал на новый план "шестерки", ряд стран и ООН заявили о наложении на Иран новых "карательных" санкций. Речь шла об ограничениях на предоставление займов иранским банкам, а также о запрете на заключение новых торговых соглашений. Однако, мнения о возможных "карательных" мерах Запада резко изменились, когда в начале прошлой недели пришло сообщение о том, что морская американская ударная группировка в регионе Персидского залива значительно усиливается американскими военными кораблями, британским авианосцем и французской атомной подводной лодкой. По сообщениям некоторых СМИ, это развертывание сил являлось чуть ли не крупнейшим в регионе с 1991 года. Некоторые наблюдатели даже предположили, что конфликт в Южной Осетии мог быть связан с наращиванием сил в Персидском заливе. По этой версии, Россия и Запад пошли на "размен", при котором Россия получала относительную свободу действий в Грузии, а западные страны - в Иране, оставляя при этом "вне игры" отрезанный от иранской трубы Китай. Главной задачей такой "морской блокады" могла бы стать защита Ормузского пролива - пути транспортировки более 25% мировой нефти - который Тегеран неоднократно грозился перекрыть в случае военных действий. Эта версия, как и наращивание сил в зоне Персидского залива, была решительно опровергнута Соединенными Штатами, заявившими, что передислокация кораблей - лишь рутинная процедура, нисколько не направленная против Тегерана. Так или иначе, за прошедшую неделю обстановка в этой зоне качественно не менялась, а наращивание ударной группировки в зоне Персидского залива других подтверждений не нашло.

Такое "информационное" обострение обстановки могло быть выгодно, в первую очередь, самому Тегерану. Традиционно внешние военные угрозы помогают мобилизовать общество и отвлечь от неспособности властей решать социально-экономические проблемы, а также легитимизируют позицию Ирана по ядерному вопросу и вопросу наращивания обычных вооружений. Точно в срок, например, попали сделанные Тегераном в начале месяца заявления о создании нового противокорабельного оружия с самым дальним в мире радиусом действия. Частью такой своеобразной пиар-компании мог быть и анонсированный вывод первого иранского спутника на орбиту. Реакция Соединенных Штатов на это сообщение была более чем прогнозируемой: Белый дом выразил обеспокоенность, что технология, использованная Ираном при создании этой ракеты, может быть применена к производству баллистических ракет, а это противоречит обязательствам Ирана перед Совбезом ООН.

Если же все-таки предположить, что возможность военного решения вопроса "антииранской коалицией" во главе со Штатами все-таки рассматривалась, то нынешний август мог бы быть возможным "удобным" временем начала такой операции. С экономической точки зрения, сложившаяся обстановка на сырьевых рынках могла бы помочь несколько сгладить резкий скачок цен, который неизбежно вызовет начало военных действий против Тегерана, а в случае удачной морской блокады возможности Тегерана сократились бы еще больше.С политической точки зрения, начало широкомасштабных действий в Персидском заливе в сентябре-октябре уже гораздо менее вероятно само по себе: срок полномочий администрации Буша подходит к концу, а на "маленький блиц-криг" вряд ли кто-то всерьез рассчитывает, тем более, что начало еще одной военной операции может положить конец надеждам республиканца Маккейна въехать в Белый дом.

Другие события прошедшей недели:

На следующей неделе ожидается: