Мир на пороге новой, более опасной фазы энергокризиса

В настоящее время почти 80 стран ввели чрезвычайные меры для защиты своей экономики, поскольку мир приближается к новой, более опасной фазе энергетического кризиса, вызванного войной в Иране, пишет The Financial Times.

По оценкам Международного энергетического агентства, число стран, которые уже были вынуждены принять чрезвычайные меры, достигло 76, по сравнению с 55 на конец марта.

“Правительства активизируют свои ответные меры в преддверии надвигающегося переломного момента, когда трейдеры предупреждают, что цены на нефть могут снова резко подскочить, если больше топлива, скопившегося в Персидском заливе, не будет экспортировано через заблокированный Ормузский пролив”, - сказано в статье.

Экономисты сейчас даже изучает сценарий, при котором цена на нефть марки Brent взлетит до 180 долларов за баррель, что приведет к резкому росту инфляции и рецессии во множестве европейских и азиатских стран. По их словам, они “очень серьезно относится к этому”.

Спрос на кондиционеры и поездки в отпуск в начале лета в Северном полушарии еще больше скажется на поставках нефти, бензина, дизельного топлива и авиатоплива, поскольку мировые запасы и без того падают рекордными темпами.

С момента начала конфликта мир существовал не по своим энергетическим возможностям.

По оценкам МЭА, в период с марта по июнь мировое потребление нефти превысит добычу примерно на 6 млн баррелей в день. Некоторые аналитики полагают, что дефицит может составить около 8-9 млн баррелей в день. Чтобы покрыть дефицит, трейдеры истощили запасы нефти на суше и на море, а правительства обязались использовать свои стратегические запасы.

В систему поступает более 2 млн баррелей в день аварийной нефти из стратегических резервов, но многие из этих поставок планируется завершить к июлю. По данным МЭА, с начала войны мировые запасы нефти сократились почти на 380 млн баррелей, не считая недоступных запасов в Персидском заливе.

Трудно предсказать, когда именно может наступить критический момент. Большая часть запасов нефти, превышающая 3 млрд баррелей, находится в руках нефтяных компаний, трейдеров и нефтеперерабатывающих заводов, но большая часть этих “запасов” является частью системы. Трубопроводы требуют минимальных объемов для поддержания давления, нефтеперерабатывающие заводы нуждаются в непрерывных поставках, а резервуары для хранения невозможно полностью опорожнить без риска повреждения.

По мнению аналитиков, рынки оживятся задолго до того, как запасы достигнут нуля. По оценкам JPMorgan, к началу июня запасы в странах ОЭСР могут приблизиться к “уровню эксплуатационного стресса”. Но многое будет зависеть от того, насколько активно правительства, компании и потребители начнут вводить нормирование. Аналитики ожидают, что в большинстве стран с развитой экономикой кризисы проявятся, в первую очередь, в повышении цен, а не в явном дефиците.

Во многих развивающихся странах дефицит уже очевиден. МЭА заявило, что чрезвычайные меры, введенные в Пакистане, Шри-Ланке и на Филиппинах с начала кризиса, “вызывают воспоминания” об энергетическом кризисе 2022 года. Все три страны ввели временную четырехдневную рабочую неделю.

Пока, однако, цены на продовольствие выросли не так резко, как цены на энергоносители, а необычно сильный доллар, который усугубил кризис 2022 года для стран-импортеров нефти, “сейчас отсутствует”.