Литературный конкурс. Хорошие люди

^{Продолжение рассказа "Честное слово".
Герой тот же, год - 2009.}

- А почему это время называется Смутным, Алексей Дмитриевич?

- Так, во-первых, как вы меня называете? - С улыбкой ответил я.

- Алексееей! - Хором протянули дети.

Не знаю, как вас, а меня выражение "дядя Алексей" или, еще хуже, "Алексей Дмитриевич" в 22 года как-то пугало. Хотя детишкам было очень непросто перестроиться.

- Вообще-то это тема следующего урока, - я помолчал. А попробуйте как-нибудь без подготовки объяснить, что такое Смутное время, двенадцатилетним детям. - Слово "смута" обозначает отсутствие порядка. Вот, например, если вы все не будете месяц убираться, будет полная...хмм... смута.

Дети заулыбались. Самое главное в преподавании - вызвать определенные ассоциации, как можно более понятные аудитории.

- А теперь представьте себе, что по всей нашей стране долго-долго никто за собой не убирал. Да еще и гости приходили незваные. Теперь поняли?

Димка, который задал вопрос, задумался. Этот парень заметно отличался от других. Маленького роста, щупленький, он, казалось, был обречен стать объектом насмешек со стороны сверстников. Но недюжинный ум позволил ему добиться определенного уважения и заставить уважать себя. А ведь в таком коллективе это очень непросто.

- Скажите, дя... Алексей, а в наши дни уборка закончилась или продолжается?

Тут я не выдержал.

- А вот это мы обсудим в следующий раз. Причем начнем с ваших версий. Все свободны.

Я вышел на улицу и закурил. Зима еще пыталась бороться за свои права, но ее скорое поражение было уже вполне очевидно. Вымотал меня этот урок, нечего сказать. И ведь интересно, в моей школе учились дети куда менее заинтересованные в учебе. А ведь в отличие от этих ребят у каждого из нас были любящие нас родители, деньги на карманные расходы, и тому подобные блага, кажущиеся естественными людям конца XX - начала XXI века.

В интернат "Солнечное небо" я пошел в 2006-м году. Учеба в университете давалась легко, а работа была периодической и редко требовала от меня больше пары-тройки часов в неделю. Специфика такая. Сейчас, после ипотечного кризиса, дел, конечно, прибавилось - все стремились сокращать издержки, так что мы оказались очень востребованными. Но все равно времени оставалось много, а финансовое состояние позволяло либо, как большая часть моих коллег, спиваться, постепенно переходя на что-то более тяжелое, чем алкоголь, либо заниматься чем-то интересным.

Я решил, что чрезмерное употребление различных средств "для расслабления" вряд ли оправдает себя и пошел добровольцем в интернат. Моей специальностью было гражданское право, а фетишем - история, так что дети получили в моем лице сразу и историю, и обществознание.

- Алексей, - от двери раздался тихий голосок, - сигаретой не угостите?

- Оборзел? - Рявкнул я. Что поделаешь, в этом возрасте дети постоянную пробуют на прочность границы. - Еще раз услышу, на моих занятиях больше не появишься.

- Хорошо, - уныло сказал Димка.

- Серьезно, завязывай. Я курить по глупости начал, в пятнадцать. До сих пор мечтаю бросить, а никак. Затягивает.

- Попробую, - без уверенности сказал Димка.

- Чего хотел? - Уже добрее спросил я.

- Алексей, а чем ты вообще в жизни занимаешься?

- Да вот вам, лодырям, помогаю, - попытался отшутиться я. Но паренек смотрел на меня пристально и не по-детски серьезно.

- Помогаю людям, Дим. В разном.

- Хорошим людям?

- А что такое хороший человек? - Спросил я в ответ. Димка задумался.

- Ну, это тот, кто заботится о своих близких, кто любит своих детей и родителей, старается работать, чтобы их обеспечить.

Я невольно улыбнулся.

- Раз так, Димка, я всегда помогаю только очень хорошим людям. Но лучшие из моих клиентов - это вы. Знаешь почему?

Мальчик отрицательно помотал головой.

- А потому что вы умеете задавать вопросы. Когда человек взрослеет, большая часть происходящего вокруг него уже не вызывает сомнений. Он точно знает, что он делает, но не интересуется тем, почему поступает так, а не иначе. А это очень скучно - иметь дело с людьми, которым нет дела до причин. Так что работа моя не слишком интересна. А вот с вами, ребята, мне хорошо.

- Знаешь, Алексей, - подумав, произнес Дима, - тогда я постараюсь подольше не взрослеть.

- Подольше - это слишком мало, парень. Постарайся не взрослеть никогда. Тебе ведь нравится Nirvana?

- Ага, еще как! - Воодушевился мой подопечный. - Особенно альбом "In Utero".

Надо сказать, что любовь к весьма специфической для наших дней музыке ребятам без зазрения совести прививал я сам. Ну не российскую же эстраду или, не дай бог, шансон им слушать. А до сложных форм вроде джаза или симфонической музыки еще не доросли. Рок - музыка свободных людей, так что пусть привыкают.

- Так вот, твой любимый Кобейн как-то сказал: "я знаю людей, которые умерли в шестнадцать, но продолжали жить до глубокой старости".

Мы недолго помолчали. Тишину разорвал звонок моего мобильного. Так, это с работы.

- Ладно, Димка, пора мне. До среды. Не забудь подготовиться.

- Это когда я был не готов? - возмутился парень.

- Ну, это я так, - улыбнулся я.

- Так по-взрослому, - ехидно заметил Димка, и в ответ на мое движение с хохотом скрылся за дверью. Я тоже не смог сдержать смех. Молодец, мальчишка, за словом в карман не лезет. Звонок повторился.

- Алло.

- Тебе телефон для красоты нужен? - Злобно просили на том конце провода.

- Не в духе, Магомед? -В тон ответил я. Что ж, границы нужно уметь устанавливать не только с детьми.

- Я тебе звоню, ты трубку не берешь, - уже спокойнее сказал партнер.

- Ты второй раз позвонил, чтобы сообщить мне эту потрясающую новость? - Я начал злиться. Такой ведь хороший был день.

- Ладно, не борзей. У тебя клиент. Четыре миллиона, семь процентов. Деньги чистые, я проверил, с тендера пришли на стройку. Встречаешься в четыре часа на стоянке Вавилона в Отрадном. Зовут - Игорь, номер сброшу.

- Ок, сделаю, - коротко бросил я, кладя трубку.

Может быть, обналичка - это не самый хороший способ зарабатывать на жизнь. Что ж, зато в одном я уверен - из меня получился просто отличный бесплатный учитель истории. Для тех, кому больше просто некому ее преподавать.