Китай и рынок нефти: сокращение импорта и перспективы спроса

В последние месяцы многие обратили внимание на то, что снижение китайского импорта нефти оказывало понижательное давление на мировые цены. Посмотрим, что стоит за этим трендом и как он может повлиять на дальнейшую динамику рынка.

Китай в последние месяцы действительно сократил импорт сырой нефти, однако это не означает пропорционального падения конечного спроса на нефтепродукты. Снижение закупок компенсируется использованием накопленных запасов, более низкой загрузкой НПЗ, внутренней добычей, импортом готовых нефтепродуктов и временным переносом сроков поставок.

В то же время совокупность факторов указывает на то, что китайский нефтяной спрос, вероятно, находится вблизи пика или уже прошёл его. Восстановление импорта после стабилизации поставок со стороны Ближнего Востока возможно, но оно, скорее всего, будет неполным и менее устойчивым, чем в предыдущие годы.

Для нефтяного рынка это означает ограниченный потенциал роста цен после завершения геополитического шока. Если перебои с поставками ослабнут, а китайские НПЗ не перейдут к активному пополнению запасов, котировки Brent могут столкнуться с давлением со стороны слабого спроса на фоне восстанавливающегося предложения.

Динамика импорта и переработки

В августе морские поставки сырой нефти в Китай выросли примерно до 7,14 млн барр./сутки против 6,93 млн барр./сутки в июле. Однако этот уровень почти на 40% ниже показателей, наблюдавшихся до начала ближневосточного конфликта.

Таможенная статистика по июлю выглядела несколько сильнее: общий импорт нефти оценивался примерно в 8,41 млн барр./сутки. При внутренней добыче около 4,3 млн барр./сутки общий объём поступления нефти достигал примерно 12,7 млн барр./сутки.

Одновременно китайские НПЗ переработали около 12,5 млн барр./сутки. Это означает, что в июле объём поступления нефти мог незначительно превышать объём переработки, то есть часть сырья, вероятно, направлялась в запасы. Reuters оценивал величину такого пополнения примерно в 200 тыс. барр./сутки. В июне переработка снижалась примерно до 12,5 млн барр./сутки, а загрузка как государственных, так и независимых НПЗ оставалась низкой.

В среднем по второму кварталу переработка нефти в КНР составила около 12,8 млн барр./сутки, что на 1,6 млн барр./сутки меньше, чем годом ранее. Таким образом, основное снижение импорта нефти Китаем было связано с сокращением объёма нефти, необходимого местным перерабатывающим предприятиям.     

Динамика импорта нефти Китаем за последние два года

Восстановление закупок нефти Китаем в начале сентября уже отражается на мировых котировках. Возобновление покупок смещает спрос на африканскую, канадскую и латиноамериканскую нефть: перебои в работе Ормузского пролива вынуждают НПЗ искать альтернативные источники поставок в более отдалённых регионах. На этой неделе конголезская нефть марки Djeno предлагалась китайским покупателям с премией к Brent до $20/барр. против примерно $15 пару недель назад.

Как Китай закрывает дефицит импорта?

Использование запасов

Китай располагает значительными государственными и коммерческими запасами нефти, однако их точный объём не раскрывается. Накопление резервов в предыдущие годы создало возможность временно сокращать текущие закупки без немедленного дефицита сырья.

То есть нефть, купленная ранее, используется вместо закупок новых партий. Из-за этого текущий импорт нефти снижается быстрее, чем переработка. Однако этот ресурс ограничен. Особенно важна ситуация на независимых НПЗ в провинции Шаньдун: их запасы, по имеющимся оценкам, сократились примерно до 360 млн барр. — минимального уровня за восемь месяцев. Если закупки нефти и дальше будут оставаться низкими, независимым НПЗ придётся либо дополнительно сокращать загрузку, либо возвращаться на рынок с более активными покупками.

Примерная оценка нефтяных резервов КНР на начало военного конфликта США и Ирана — около 1,2–1,4 млрд барр. совокупных запасов, включая государственные резервы, запасы нефтекомпаний и часть нефти в хранилищах. Из них собственно государственный стратегический компонент оценивается примерно в 360 млн барр., а коммерческие запасы составляют основную часть от общего объёма.

За время конфликта, по доступным оценкам, Китай мог использовать примерно 70–100 млн барр. к концу июля (верхняя оценка — до 150 млн барр.), если учитывать плавучие хранилища и неучтённые резервуары. Это соответствует примерно 5–10% совокупных запасов.

Внутренняя добыча

Внутренняя добыча нефти в Китае составляет около 4,3–4,4 млн барр./сутки и покрывает примерно треть текущей переработки. При низких объёмах переработки вклад внутреннего производства становится относительно более значимым. Кроме того, государственные компании могут перераспределять имеющиеся ресурсы нефти между регионами и НПЗ, отдавая приоритет стратегически важным предприятиям.

Импорт нефтепродуктов

Часть сокращения внутренней переработки в КНР компенсируется закупками готового бензина, дизельного топлива и других нефтепродуктов. В июле видимый спрос на нефть вырос более чем на 500 тыс. барр./сутки по сравнению с июнем именно на фоне увеличения поставок нефтепродуктов. Даже этот прирост импорта нефтепродуктов не мог полностью компенсировать падение переработки и снижение доступности сырой нефти.

В июле Китай импортировал около 2,48 млн тонн нефтепродуктов; в августе окончательные данные по импорту в таможенной статистике ещё не опубликованы.

Это означает, что снижение переработки не полностью отражает падение конечного спроса: Китай мог уменьшить закупки сырой нефти, но продолжить обеспечивать рынок импортным топливом.

Перенос сроков поставок

Сопоставление морских данных и таможенной статистики может давать заметные расхождения. Причин несколько:

• различия в методике учёта;
• нефть на плавучих хранилищах;
• задержка между покупкой, прибытием и таможенным оформлением груза;
• трубопроводные поставки, которые не отражаются в статистике морских перевозок;
• изменение сроков выгрузки из-за проблем с судоходством и страхованием.

Поэтому публикуемые данные о низком импорте не позволяют точно оценить реальное потребление нефти в КНР.

Почему держится потребление нефтепродуктов?

Спрос на нефтепродукты оказался устойчивее, чем спрос на сырую нефть, по нескольким причинам.

Во-первых, продолжается потребление дизельного топлива в грузовых перевозках, инфраструктурном строительстве и промышленности.

Во-вторых, импорт готовых нефтепродуктов позволяет удовлетворять часть спроса без полной загрузки внутренних НПЗ.

В-третьих, НПЗ не всегда заинтересованы в максимальной переработке: при слабой марже и ограниченных экспортных квотах дополнительный выпуск бензина или дизтоплива может привести к накоплению готовой продукции.

Наконец, показатели «видимого спроса» могут выглядеть лучше реального конечного потребления, если компании сокращают или увеличивают запасы нефтепродуктов. Поэтому для оценки устойчивости спроса необходимо следить не только за переработкой, но и за внутренними запасами бензина, дизтоплива и авиакеросина.

Тем не менее, есть признаки того, что снижение китайского нефтяного спроса приобретает структурный характер.

Электромобили

В 2026 году в Китае доля продаж электромобилей в общем объёме продаж автомобилей уже превысила половину, поэтому влияние на спрос на бензин будет постепенно усиливаться по мере обновления парка. Рост продаж электромобилей и гибридов особенно сильно влияет на потребление бензина. Этот процесс уменьшает нефтяной спрос даже при сохранении общего объёма поездок и грузовых перевозок.

Динамика объемов продаж авто в КНР с ДВС и электромобилей

Замедление недвижимости

Общая слабость строительного сектора снижает спрос на дизельное топливо, которое используется строительной техникой, грузовиками и генераторами.

Энергоэффективность

Более экономичные автомобили и промышленное оборудование позволяют поддерживать объем выпуска и перевозок при меньшем расходе топлива.

Изменение транспортной структуры

Развитие железнодорожных перевозок и общественного транспорта также ограничивает рост потребления жидкого топлива.

На этом фоне глава Sinopec заявил, что нефтяной спрос Китая, вероятно, достиг пика годом ранее. Это не означает немедленного ежегодного падения импорта на одинаковую величину, но говорит о переходе от долгосрочного роста к снижению спроса, стагнации или даже постепенному снижению.

Перспективы спроса на ближайшие месяцы

В ближайшей перспективе вероятны три последовательные фазы:

1. Сохранение низкого импорта. Китай будет продолжать использовать свои нефтяные запасы и ждать стабилизации транспортных потоков из региона Ближнего Востока.
2. Частичное восстановление закупок. По мере продолжения снижения запасов нефти независимые НПЗ могут начать пополнять их новыми закупками сырья.
3. Новая оценка уровня спроса. После того, как нефть свободно будет ходить по морю и поставки сырья восстановятся, станет понятно, насколько нынешнее снижение было связано с ближневосточным кризисом, а насколько — с фундаментальным падением потребления.

Базовый сценарий предполагает, что импорт нефти Китаем восстановится с экстремально низких уровней, но потом окажется ниже докризисных уровней. Оценки, согласно которым будущий китайский импорт может стабилизироваться в диапазоне 8–9 млн барр/сутки, выглядят совместимыми с этим сценарием.

Среднесрочная перспектива

В среднесрочном периоде спрос на нефть со стороны КНР, вероятно будет, стагнировать. Увеличение потребления нефтехимического сырья и авиационного топлива может частично компенсировать сокращение потребления бензина и дизеля, но вряд ли полностью.

Главный риск для прежних прогнозов состоит в том, что пик спроса мог быть достигнут раньше, чем предполагалось. Если электромобилизация и слабость новых масштабных промышленных инвестиций сохранятся, то китайский рынок перестанет быть источником устойчивого прироста мирового спроса на нефть.

Влияние китайского фактора на нефтяные цены

Краткосрочный эффект

Низкие китайские закупки нефти оказывают на нефтяные цены понижательное давление, поскольку рынок теряет крупнейшего импортера и одного из главных источников прироста спроса в последние годы. Особенно негативно это для азиатских сортов нефти и ближневосточных поставщиков.

В условиях перебоев поставок сырья через Ормузский пролив краткосрочное влияние может быть перекрыто сокращением спроса. По оценке IEA, в 2026 году глобальный спрос на нефть может сократиться на 1,6 млн барр/сутки, поскольку геополитические ограничения создают дефицит физического предложения и слишком высокие цены.

Иными словами, слабый китайский спрос не обязательно приводит к немедленному падению нефтяных цен, поскольку энергоносители физически недоступны потребителям из-за проблем с логистикой.

После нормализации поставок

После восстановления судоходства в Ормузском и Баб-эль-Мандебском проливе ситуация может измениться. Если ближневосточные объемы вернутся на рынок, а Китай не начнет агрессивно пополнять запасы, баланс нефти быстро станет более комфортным. При таком сценарии стоит ждать снижение премии за геополитический риск; рост коммерческих запасов нефти в странах OECD; более активной конкуренции производителей за азиатских покупателей. Все это усилит давления на котировки Brent со стороны растущего предложения.

IEA ранее ожидало снижения средней цены Brent примерно до $78/барр в 4-м квартале 2026 года при постепенном восстановлении транзита через Ормузский пролив. Эта оценка предполагает, что геополитическая премия будет уменьшаться, а слабый спрос станет более заметным фактором. Но мы полагаем, что эта оценка может скоро стать неактуальной. Через несколько дней будет опубликован новый обзор МЭА и там может быть новый прогноз с учетом изменившихся реалий сохранения военного противостояния Ирана и США, которое вывело ценник Brent на этой неделе к $100/барр.

Риск отложенного китайского спроса

Главный фактор, способный временно поддержать нефтяные цены, — возвращение Китая на рынок для пополнения своих сократившихся запасов. Поскольку независимые китайские НПЗ сократили запасы до низких уровней, они могут одновременно выйти с крупными заказами.

Такой всплеск закупок не следует путать с устойчивым восстановлением конечного спроса. Это будет скорее инвентарный цикл, когда сначала идет сокращение закупок и расходование запасов, а затем их восполнение. Данный фактор способен вызвать краткосрочный скачок цен даже если пути поставок нефти будут открыты, но это не изменит долгосрочный тренд.

Таким образом, влияние Китая на глобальный рынок нефти многогранно и не сводится к простому давлению вверх или вниз.

1. Сокращая импорт в периоды высоких цен, Китай избегает острой конкуренции с другими странами-потребителями, что объективно сдерживает чрезмерный рост цен на нефть.
2. По мере истощения запасов, возвращение Китая на международный рынок для их пополнения является практически неизбежным. Аналитики предупреждают, что как только Китай начнет масштабную закупку для восполнения своих резервов, это окажет сильное повышательное давление на мировые цены.
3. Но в долгосрочной перспективе смена драйверов экономического роста Китая и энергетический переход (особенно электрификация транспорта) устанавливают своего рода «потолок» для роста мирового спроса на нефть. Высокая маржа переработки (крекинг-спреды) также отражает опасения рынка по поводу недостаточности глобальных перерабатывающих мощностей, а не только дефицита сырой нефти.

Отдельно хотелось бы осветить вопрос с возникшим сейчас дефицитом нефтепродуктов в мире, особенно дизельного топлива. Причина кроется в одновременных перебоях работы НПЗ на Ближнем Востоке и в России, плюс к этому дизельный crack spread в США достиг рекордных $108/барр (то есть дизель примерно на эту величину дороже сырой нефти в пересчете на одинаковый объем – рекордный рост спреда показывает, что дизеля не хватает сильнее, чем сырой нефти).

Сейчас для Китая импорт готового дизеля экономически выгоднее, чем импорт сырой нефти и ее переработка внутри страны, поскольку не нужны фрахт сырья, переработка и дополнительная загрузка НПЗ, а высокие цены на дизель оправдывают закупки. Китайские НПЗ, напротив, могут направлять часть своей продукции на экспорт, где маржа превышает 1 500 юаней за тонну. Но это не долговременная замена, поскольку Китай обладает крупными НПЗ и в нормальных условиях импорт сырой нефти ему выгоднее, ведь он даст загрузку заводов и позволяет получать не только дизель, но и бензин, авиакеросин и нефтехимическое сырье. Импорт дизеля сейчас более выгоден прежде всего как временная мера при дефиците перерабатывающих мощностей или дорогой нефти.

Выводы

Китай пока обходится без высоких объемов импорта нефти благодаря запасам, внутренней добыче, снижению загрузки НПЗ и импорту готовых нефтепродуктов. Эта модель может работать еще некоторое время, но она не является постоянной заменой импорта: по мере постепенного сокращения запасов закупки должны либо восстановиться, либо переработка продолжит снижаться.

Текущее состояние низкого импорта нефти Китаем — это активная рыночная корректировка с использованием стратегических резервов в период высоких цен. Она временно смягчила повышение цен, хотя при этом идет быстрое истощение внутренних запасов. В будущем, ключевым вопросом станет: когда и с какой интенсивностью Китай вернется на рынок для пополнения резервов. Этот фактор станет ключевым для траектории мировых цен на нефть.

Учитывая огромные потребности Китая в резервировании и происходящий структурный энергетический переход, ожидается, что в ближайшие 1–2 года ценовой базис нефти марки Brent сохранит поддержку. Некоторые аналитические агентства повысили свой среднесрочный прогноз по ценам на фьючерсы Brent до $86/барр в 2026 году и $74/барр в 2027 году. Если в ближайшие месяцы поставки нефти восстановятся быстрее, чем китайские НПЗ начнут пополнять запасы, то появится пространство для снижения цен в перспективе в 2027 года.

Сообщение носит информационный характер, не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией или предложением приобрести упомянутые ценные бумаги. Приобретение иностранных ценных бумаг связано с дополнительными рисками.