Иранская война 2.0. Что будет с рынками в худшем сценарии?

Война на Ближнем Востоке снова разгорается, причем перспективы становятся все более неопределенными. В центре внимания находится Ормузский пролив, а главным фактором непредсказуемости, как обычно, выступает президент США Дональд Трамп.

Перемирие между США и Ираном, договоренность о котором была достигнута 18 июня, продлилось около трех недель, после чего Трамп 8 июля публично заявил о его завершении. Тогда он сказал, что дальнейшие переговоры являются «пустой тратой времени», а с иранским руководством он «больше не хочет иметь дела». 13 июля, по данным New York Times, Трамп официально уведомил американский Конгресс о возобновлении боевых действий против Ирана.

Сюрприз Трамп преподнес и в отношении Ормузского пролива. Раньше предметом торга было право Ирана взимать плату за транзит через пролив, к обсуждению вопроса присоединялся также соседний Оман. 12 июля, на фоне возобновления эскалации, Иран объявил о новой блокировке пролива. На следующий день Трамп заявил о возобновлении морской блокады Ирана – таким образом стороны вернулись к ситуации, сложившейся в ходе первого эпизода конфликта, до июньского перемирия. Однако теперь Трамп пошел дальше: он сказал, что Штаты хотят «сохранить за собой пролив и управлять им», а также взимать компенсацию за транзит через водный путь в размере 20% от стоимости всех проходящих грузов.

Такое развитие ситуации привело к новому витку роста цен на нефть. Рост стоимости энергоносителей вызывал опасения, что ФРС США придется остановить снижение ставки или даже перейти к ее повышению. Что будет с рынками в случае реализации худшего сценария? Как именно он может выглядеть, до каких уровней в этом случае может подняться нефть, как придется действовать ФРС, а также какими будут последствия для российской экономики и рынка? Finam.ru для оценки этого обратился к экспертам.

«Мягкий» сценарий

Как отмечает руководитель отдела макроэкономического анализа «Финама» Ольга Беленькая, ближневосточный конфликт и блокада Ормузского пролива весной этого года стали шоком, сопоставимым по масштабам сокращения предложения энергоресурсов (но пока не по последствиям) с нефтяным кризисом 80-х гг. Подписание в середине июня США и Ираном меморандума о взаимопонимании и постепенное восстановление трафика судов через Ормузский пролив давали надежду, что мировая экономика сможет выйти из этого кризиса с минимальными негативными последствиями – для инфляции, необходимости для центробанков ужесточать ДКП, экономического роста и финансовой стабильности. В частности, стоимость нефти неожиданно быстро вернулась к довоенным значениям чуть выше 70 долл./барр.

Однако с 7 июля начался новый этап эскалации, с взаимными обстрелами со стороны США и Ирана. По мнению Беленькой, пока непонятно, как далеко готовы зайти стороны в дальнейшей эскалации - в частности, насколько администрация Трампа готова к новому витку инфляции перед промежуточными выборами в Конгресс в ноябре, а насколько проявляемая им жесткость является тактическим ходом, предполагающим возможное возвращение к переговорам.

«Пока базовый сценарий состоит все же в том, что переговоры США и Ирана идут с переменным успехом с периодическими обострениями, Ормуз постепенно открывается с восстановлением прежнего трафика и объемов поставок к концу года – началу 2027 г., цены на нефть снижаются, но могут оставаться выше довоенных, пока не восстановится баланс спроса и предложения. В этом случае инфляция в США, которая в мае достигла 3-летнего максимума, будет постепенно снижаться, ФРС может избежать необходимости дальнейшего ужесточения ДКП, а рост американской экономики может составить около 2%», - полагает Беленькая.

Аналитик «Финама» Александр Потавин видит, как один из вариантов развития событий возврат за стол переговоров. «Успех этого сценария полностью зависит от готовности сторон к реальным уступкам, в первую очередь — по статусу Ормузского пролива и иранской ядерной программе. Многие аналитики полагают, что рынок нефти рассматривает новую фазу конфликта просто как очередное обострение, а не крах перемирия, и в случае нового диалога коррекция нефти вниз вероятна. Но вряд ли цены вернутся на прежние уровни, поскольку есть высокая неопределенность в реальных действиях сторон. Диапазон торгов Brent в этом сценарии: $75-85/барр.», - отметил Потавин.

Непредсказуемые действия Трампа вновь приводят к повышенной волатильности на рынках, а дальнейшее развитие событий может преподнести еще много неожиданностей. Если вы хотите проверить свои инвестидеи или скорректировать стратегию, но опасаетесь рисковать средствами в таких условиях, вам подойдет виртуальный портфель от «Финама». Попробуйте бесплатно и убедитесь, что инвестировать можно без страха ошибок и финансовых потерь.

Худший сценарий

Пока худший сценарий для развитых стран – это длительное продолжение конфликта, сопряженное с интенсификацией ударов КСИР по нефтегазовой инфраструктуре государств Персидского залива, а также с блокировкой Ормузского пролива, полагает ведущий аналитик по суверенным и региональным рейтингам агентства «Эксперт РА» Кирилл Лысенко.

«Фактически, с учетом постепенной адаптации рынков к ухудшению обстановки в регионе, в том числе в форме частичной перестройки цепочек поставок, мы говорим уже не о риске резкой финансовой дестабилизации в реалиях энергетического шока, а о накоплении стагфляционных эффектов для мировой экономики», - отметил эксперт в комментарии для Finam.ru.

Аналитик «Цифра брокер» Дмитрий Вишневский также полагает, что наиболее негативный сценарий — возврат ударов по нефтегазовой инфраструктуре стран Ближнего Востока и полное перекрытие Ормузского пролива, через который проходит около 20% мировой морской торговли нефтью.

Аналитик Freedom Global Георгий Тимошин говорит, что худший для рынков сценарий предполагает переход конфликта от ограниченного обмена ударами к нарушению ключевой энергетической инфраструктуры и транспортных маршрутов. Речь идет об эскалации в Ормузском проливе с возможным распространением напряженности на Баб-эль-Мандебский пролив, а также об ударах Ирана и йеменских хуситов по нефтегазовым объектам стран Персидского залива, экспортным терминалам, танкерам и перерабатывающим мощностям.

Потавин также видит в качестве негативного сценария затягивание конфликта – когда стороны начинают цикл взаимных ударов и тактических пауз из-за фундаментальных разногласий. «США, вероятно, ограничатся точечными ударами, избегая масштабной наземной операции. Иран затягивает открытие пролива, выгадывая для себя лучшие условия. Иран использует уязвимость позиции Трампа перед выборами, демонстрируя свою способность наносить удары по американским базам в регионе. Затяжная блокада пролива, через который проходит около 20% мировой нефти, что способно вызвать значительный скачок цен и создать серьезные проблемы для глобальной экономики», - описал эксперт развитие событий в этом случае.

Потавин подчеркивает, что пока ситуация остается крайне напряженной. «Пока складывается ощущение, что нефтяной рынок вступил в затяжную фазу противостояния, когда стороны начинают цикл взаимных ударов и тактических пауз из-за фундаментальных разногласий», - добавил он.

Что будет с нефтяными ценами

Вишневский полагает, что при таком развитии событий нефть марки Brent способна вернуться к отметкам выше $90 за баррель. Потавин считает, что в случае затяжной блокады пролива котировки Brent могут вернуться в район $90-100/барр.

Павел Севостьянов, кандидат политических наук, доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Плеханова, подчеркнул, что если напряженность вокруг Ирана перейдет в фазу длительной эскалации с рисками для судоходства через Ормузский пролив, рынки столкнутся с классическим «шоком предложения».

«Именно этот сценарий представляется наиболее болезненным: энергетический фактор быстро начинает влиять практически на все остальные цены. Вместе с тем обращает на себя внимание еще одна тенденция. США, судя по всему, постепенно пытаются найти своеобразный баланс между военным давлением на Иран и недопущением чрезмерных экономических последствий для мировой экономики. Это означает, что Вашингтон, вероятно, будет стремиться к ограниченным по масштабу действиям, избегая сценариев, способных надолго вывести с рынка значительные объемы нефти», - рассуждает Севостьянов.

По его мнению, даже такая стратегия не исключает периодических скачков цен и роста премии за геополитический риск. Brent в этом случае вполне может закрепиться выше $90–100 за баррель, а в моменте — подняться еще выше. «Сегодня рынок реагирует уже не столько на сами удары, сколько на вероятность нарушения энергетической логистики. И именно этот фактор останется ключевым для динамики цен в ближайшие месяцы», - добавил он.

Георгий Тимошин не исключает в худшем случае краткосрочного роста нефти WTI до $130 за баррель.

Как будет действовать ФРС

По словам Беленькой, негативный сценарий (Ормузский пролив вновь закрывается, возобновление военных действий в регионе) может означать разрушение цепочек поставок, дефицит энергоресурсов, удобрений и сырья для промышленных товаров, более высокую и устойчивую глобальную инфляцию. Чем дольше будут сохраняться высокие цены на энергоресурсы, тем заметнее они будут переноситься в рост цен по широкому спектру товаров и услуг и в повышение инфляционных ожиданий. Центробанкам придется сильнее ужесточать ДКП (например, уже сейчас рынок ждет c вероятностью более 40% повышения ставки ФРС на заседании 29 июля, в то время как месяц назад вероятность этого оценивалась ниже 10%, и закладывает в ожидания 1-2 повышения ставки до конца года). Это может стать триггером для возможных финансовых стрессов. Рост мировой экономики в негативном сценарии, по оценкам ОЭСР и ВБ, может замедлиться до 1,3–2,1%, что будет соответствовать рецессии в ряде стран.

«Американская экономика пока демонстрировала достаточно высокую устойчивость вследствие ИИ-бума и того факта, что США сейчас являются чистым экспортером энергоресурсов. Но высокая инфляция, повышение ставки ФРС и рост стоимости обслуживания долга может приводить к снижению покупательной способности населения, сокращению инвестиций, стрессу на финансовых рынках», - предупредила Беленькая.

Лысенко отмечает, что рост цен на энергоресурсы давит на издержки производителей, а вместе с ними и на цены конечной продукции и услуг. Это, в свою очередь, ведёт к ослаблению роста совокупного спроса – а вместе с тем и оказывает негативное воздействие на общую экономическую активность. «Очевидно, что в этих реалиях траектория снижения ставки ФРС уже стала гораздо более пологой. Более того, если текущая повторная эскалация не прекратится в ближайшее время, то мы скорее всего увидим повышение ставки регулятором на последующих заседаниях», - оценил он.

Вишневский говорит, что скачок цен резко усилит глобальные проинфляционные риски и заставит ФРС США рассмотреть варианты повышения ставки. На это уже указывал член совета управляющих ФРС Уоллер, называя войну на Ближнем Востоке одним из ключевых факторов давления на инфляцию.

Севостьянов также полагает, что для ФРС сценарий длительного конфликта означает сохранение жесткой риторики и возможную отсрочку снижения ставок.

Тимошин обращает внимание, что с начала иранского конфликта краткосрочные инфляционные ожидания во многом следовали за динамикой нефти. «Во втором квартале 2026 года связь между WTI и однолетними инфляционными ожиданиями была высокой: линейная зависимость в уровнях показала R² около 0,87. Мы не рассматриваем эту зависимость как устойчивую долгосрочную модель, поскольку она меняется в зависимости от рыночного режима, политики ФРС и состояния спроса. Однако в рамках минувшего квартала она хорошо отражала реакцию рынка: нефтяной шок прежде всего закладывался через краткосрочный инфляционный канал. Поэтому новый скачок цен на нефть, вероятно, вновь подтолкнет вверх краткосрочные инфляционные ожидания», - рассуждает он.

По мнению эксперта, наиболее неблагоприятным стало бы сочетание дорогой нефти с уже повышенной базовой инфляцией. «Согласно логике нашего стратегического обзора, устойчивый среднемесячный рост базовой инфляции выше 0,27% заметно увеличивает вероятность дополнительного ужесточения политики ФРС», - добавил он.

Сам нефтяной шок регулятор может частично игнорировать как фактор предложения, отмечает Тимошин. «Однако если он начнет переходить в базовую инфляцию и закрепляться в ожиданиях бизнеса и населения, одного вербального сигнала будет недостаточно. В таком случае вероятным становится как минимум одно повышение ставки ФРС на 25 б.п., а рынок может начать закладывать более продолжительный цикл ужесточения. Наиболее негативной конфигурацией стало бы одновременное замедление экономики и сохранение жесткой политики ФРС, то есть локальный стагфляционный режим», - оценил эксперт. По его словам, ключевой риск заключается не в самом краткосрочном скачке нефти, а в его продолжительности и способности перерасти из энергетического шока в устойчивую базовую инфляцию.

Что будет с рынком США

Для рынка акций США повторная эскалация – это естественно негативный сигнал, подчеркивает Кирилл Лысенко. «Энергетический шок выступает важным системным риском, портящим ожидания инвесторов по денежным потокам компаний, их дивидендам и росту запаса активов. Для долгового рынка ситуация пока менее однозначная – многое будет зависеть от траектории ставки и риторики ФРС», - отметил он.

Тимошин отмечает, что для американского рынка акций худший сценарий означал бы рост волатильности и давление на оценочные мультипликаторы. «При новом энергетическом шоке, ускорении базовой инфляции и повышении ставки S&P 500 может приблизиться к нашему пессимистичному ориентиру в районе 6650 пунктов», - считает эксперт.

Руководитель отдела анализа акций «Финама» Наталья Малых ожидает, что в негативном сценарии в моменте рынок акций США, скорее всего, просядет из-за того, что рост цен на нефть усиливает инфляционные ожидания и вероятность ужесточения ДКП в США, на что рынок всегда реагирует негативно.

«На инфляционных ожиданиях доходность 30-летних гособлигаций США подскочила до 5,11%, что создает серьезную конкуренцию для акций, особенно для историй роста - техов, а также классических дивидендных кейсов. Но вряд ли коррекция будет длительной и превратится в обвал на 50-70%, и после просадки индексы смогут возобновить движение вверх, так как на фоне геополитических потрясений экономика США выглядит наименее уязвимой, чем ее основные конкуренты в Азии и Европе. Идет приток капитала в США на фоне конфликтов, и во-вторых, у США высокая обеспеченность нефтью и газом, ожидаются довольно высокие темпы роста корпоративных прибылей в 2026 году», - оценила Малых.