Эндшпиль кавказских конфликтов? Татьяна Кузнецова, Finam.ru
Эндшпиль кавказских конфликтов?
Татьяна Кузнецова, Finam.ru
Конфликт в зоне непризнанных республик Абхазии и Южной Осетии вновь резко обострился. Тбилиси обвинил Москву в нарушении международных соглашений и вторжении ее военных самолетов в воздушное пространство над территорией Южной Осетии. МИД РФ факт полета военных самолетов не отрицал, указав в официальном заявлении, что этот шаг был необходим "для предотвращения силового сценария", а именно прямого вторжения грузинских формирований на территорию Южной Осетии. Грузинская сторона, в свою очередь, вручила российскому консулу в Тбилиси ноту протеста и отозвала своего посла в Москве для "дополнительных консультаций". С одной стороны, обострения обстановки в зоне этих конфликтов имеют место почти регулярно, с другой - любой конфликт, а дипломатический кризис в особенности, опасен тем, что в некоторой точке уже само дальнейшее развитие конфликта диктует правила поведения сторон, принимающих в нем участие.
Статус межэтнических территориальных конфликтов Абхазия и Южная Осетия получили в мировой практике с начала 90-х годов, хотя фактически застарелые межэтнические распри между Тбилиси и автономными областями возникли в период, когда Грузия еще являлась республикой в составе Советского Союза. В случае с Абхазией население региона ратовало за восстановление государственности, утраченной в 1931 году, когда Абхазия, первоначально имевшая статус отдельной республики в СССР, была присоединена на правах автономии к Грузинской ССР. Население Южной Осетии выступало за провозглашение независимости и одновременное присоединение к Российской Федерации, субъектом которой является Северная Осетия, населенная представителями той же этнической группы. Оба внутренних конфликта прошли в 1992-1993 годах тяжелые военные стадии с большим количеством жертв, "заморозить" которые удалось только с помощью вмешательства миротворческого контингента, имеющего мандат СНГ.
С возникновением в мировой практике косовского прецедента многие наблюдатели отмечали, что Москва фактически может использовать этот прецедент как "карт бланш" в ситуации с непризнанными республиками на Кавказе. Москва действительно не раз заявляла, что Косово будет прецедентом решения двух конфликтов на территории Грузии, не отказываясь при этом от формулы "все кроме независимости". Как только была провозглашена независимость края Косово, в Москву были приглашены лидеры Абхазии и Южной Осетии, заявившие о желании окончательно отделиться от Грузии в ходе совместной пресс-конференции в российской столице. Однако на настоящий момент как полное "отстранение" России от решения эитх конфликтов, так и форсированное признание независимости регионов может быть равно опасно для Москвы.
Цели политики России в этом регионе как нельзя лучше были определены еще в 2006 году Владимиром Путиным: "Мы не можем допустить кровопролитие в этом регионе, и мы отнюдь не стремимся к тому, чтобы расширять нашу территорию". Выбранная Москвой линия поведения отвечает именно этим целям: выход из режима санкций против Абхазии и поручение теперь уже премьера Путина разработать меры по оказанию "предметной помощи населению непризнанных республик Абхазия и Южная Осетия, взаимодействуя с их фактическими органами власти", означает легализацию фактически существующих связей без формального признания данных территорий. В мировой практике такая модель реализована, например, в Тайване. Учитывая тот факт, что у большинства населения "непризнанных" кавказских республик российское гражданство, такая "помощь" со стороны Москвы выглядит обоснованной. При этом можно по-прежнему с большой долей вероятности утверждать, что Москва не пойдет на de jure признание Абхазии и Южной Осетии, так как в этом случае теряет возможность аппелировать к международному праву и отрицать прецедентность опасной для любого федеративного государства идеи "самоопределения" нации.
В апреле этого года инициативы российской стороны, явно вносившие качественные изменения в обстановку в двух непризнанных республиках, не повлекли за собой "военного" ответа Грузии. На прошедшем саммите НАТО Грузия не получила доступа к Плану действий по членству в альянсе, тем самым "старая" Европа в том числе дала понять, что склонна в определенной мере дистанцироваться от конфликта. На слишком активные действия США как главного союзника Грузии тоже рассчитывать трудно: вряд ли серьезные политические решения будут приниматься покидающей Белый дом администрацией Буша. В свою очередь, Россия предприняла ряд мер по улучшению отношений с Грузией: отменена авиационная и почтовая блокада, президент поручил правительству проработать вопрос о возвращении грузинских товаров на российский рынок, упоминается даже возможность облегчения визового режима. Сейчас ситуация накалилась до предела, при этом все перечисленные внешние факторы остались фактически без изменений. А значит, Грузия видит "жесткий" сценарий как единственный возможный для себя способ удержать сепаратистские территории, которые, как отмечают эксперты, после нескольких лет "предметной" российской помощи могут стать для нее безвозвратно утерянными, каким бы ни был их формальный статус. Основной вопрос, поддержат ли Грузию ее союзники, остается пока открытым.