Меню

 
 
facebook
вконтакте

Динамика цен на АЗС в России может не зависеть от мировых котировок

Весной 2018 года ценообразование на российском рынке бензина и дизтоплива приняло совершенно необычный вид.

21 мая экспортный паритет для бензина производства Московского НПЗ составлял 60693 ₽/т, или 45,22 ₽/л. При этом биржевая цена бензина Регуляр-92 производства Московского НПЗ на станции отправления Яничкино составляла 55067 ₽/т, или 41,02 ₽/л.

Цена автомобильных партий Регуляр-92 производства Московского НПЗ у компании "Газпромнефть-Региональные продажи" 21 мая была на уровне 54600 ₽/т, или 40,68 ₽/л.

Наконец, средняя цена Регуляр-92 на АЗС "Газпром нефти" в Москве на тот момент составляла 40,62 ₽/л, или 54524 ₽/т.

Чем дальше продукт находился от места производства и чем ближе к потребителю, тем дешевле он становился. Хотя здравый смысл подсказывает, что должно быть наоборот. При этом продажа бензина на экспорт была намного выгоднее его отгрузок на внутренний рынок. Справедливости ради отметим, что последние поставки бензина на экспорт с Московского НПЗ были в марте 2018 года.

Напрашивается следующий вывод: реализация нефтепродуктов на российском рынке перестала быть бизнесом и превратилась в своего рода социальную нагрузку.

Бизнес предполагает возникновение добавленной стоимости и прибыли, однако в рассмотренном случае цена закупки выше цены продажи во всех звеньях движения товара от производителя к потребителю. При этом участники рынка нефтепродуктов несут затраты на транспортировку и хранение товара, операционные расходы АЗС, платят проценты банкам и зарплату сотрудникам.

Вертикально-интегрированным нефтяным компаниям такая социальная нагрузка по плечу, или, по крайней мере, им к ней не привыкать. Основную прибыль они получают от добычи и экспорта нефти.

Но возникает вопрос, как в такой ситуации выжить независимым нефтепереработчикам (Антипинский НПЗ, ТАИФ-НК, Орский НПЗ и другие компании) и независимой топливной рознице, представленной в основном малым и средним бизнесом? Для этих участников рынка работа в убыток и выполнение социальных функций явно непосильная задача.

К сожалению, большинство предложений по изменению ситуации, высказанных за последние месяцы, сводились к попыткам уменьшить убытки в одном сегменте рынка за счет увеличения убытков соседнего звена. Например, запретить экспорт или в ручном режиме снизить оптовые цены означает, что увеличение маржи в рознице будет достигнуто за счет переноса убытков в переработку. Если сумма не меняется, то очевидно, что увеличение одного слагаемого означает уменьшение другого ровно на ту же величину.

Реальным решением может стать лишь одно: реализация нефтепродуктов на внутреннем рынке должна снова стать прибыльным бизнесом. Есть два способа этого достичь.

Бизнес решает социальные задачи при поддержке государства

Позицию государства по вопросу динамики цен на АЗС в России в последнее время можно охарактеризовать следующим образом: какие бы бури не бушевали на мировом рынке, у нас все должно быть плавно, и рост цен должен быть сравним с темпами инфляции.

Возразить тут нечего. Государство вправе устанавливать правила игры на различных рынках, исходя из своих приоритетов.

Проблемы возникают в ситуациях, когда рост мировых цен в разы превышает темпы инфляции в России, как это случилось с нефтью и нефтепродуктами в 2017–2018 годах.

Так, 22 июня 2017 года цена нефти Brent на мировом рынке составляла 45,3 $/бр., а курс доллара США - 60 ₽/$, это давало цену барреля Brent в рублях на уровне 2718 ₽/бр.

21 мая 2018 года баррель Brent на мировом рынке стоил 79,45 $, курс доллара США - 61,94 ₽/$, что давало цену барреля Brent в рублях на уровне 4921 ₽/бр.

Таким образом, за 11 месяцев рублевая цена нефти Brent выросла с 2718 до 4921 рубля за "бочку", или почти на 81%.

Ранее рост мировых цен на нефть и нефтепродукты отчасти компенсировался укреплением рубля к доллару и увеличением экспортных пошлин, которые снижали привлекательность экспорта.

Однако сейчас рубль от нефти почти не зависит, а налоговый маневр в нефтяной отрасли привел к тому, что экспортная пошлина на бензин снизилась с 249,7 $/т в декабре 2014 года (последний месяц перед стартом маневра) до 39,5 $/т в июне 2018 года, то есть более чем в 6 раз.

В планах Минфина окончательно отменить экспортную пошлину. Это означает, что внутренний рынок вообще не будет защищен от колебаний мировых цен.

Здесь возникает вопрос: кто должен принять на себя этот удар? Как при росте мировых цен на 81% поднимать цены в АЗС в России не более чем на 4%?

Если государство ставит своей целью оградить российских потребителей от колебаний мировых цен, ему придется участвовать в решении этой задачи.

Первый шаг в этом направлении уже сделан - снижены акцизы. Правительство отказывается от части налоговых поступлений с целью остановки роста цен на АЗС.

Эта мера приятно удивила участников рынка. Однако если ограничиться только этим шагом, то для устойчивого снижения биржевых котировок потребуется падение мировых цен. Совсем не факт, что цены снизятся на требуемую величину в ближайшие недели.

Если требуется, чтобы ценообразование на российском рынке не зависело от мировых котировок, есть два варианта действий.

Первый: отмена налогового маневра с возвратом высоких экспортных пошлин, защищающих внутренний рынок, с одновременным снижением акцизов.

Второй: компенсировать производителям разницу между экспортной ценой и котировками внутреннего рынка.

Первый вариант маловероятен, так как власти полны решимости отменить экспортные пошлины и завершить налоговый маневр.

Второй вариант технически осуществить легко. В России около трех десятков НПЗ, которые производят автобензин и дизельное топливо, соответствующие техническому регламенту. Вычислить для каждого из них экспортный паритет на любой заданный день несложно. Самый простой и рыночный способ - выплачивать производителям разницу между экспортным паритетом и ценой продажи продукта на СПбМТСБ на день реализации.

При этом под компенсацию попадет только продукт, проданный производителем на бирже на базисе франко-НПЗ, чтобы обеспечить максимальное предложение ресурса на торгах и исключить задвоение объемов. Другие продажи под компенсацию не попадут.

В этом случае у нефтяных компаний пропадет стимул подтягивать биржевые котировки к экспортным ценам - с учетом выплаты компенсации поставки на экспорт и на внутренний рынок будут равнодоходными.

В свою очередь, регуляторам не потребуется кнутом и пряником заставлять производителей увеличить предложение на бирже: желающих вывести максимальные объемы товара на СПбМТСБ будет более чем достаточно.

В итоге крупнооптовые цены будут формироваться на основе реального баланса спроса и предложения.

Выплачивать эту компенсацию можно было бы за счет бюджетных средств. Если бюджет заработал на росте мировых цен на нефть, логично было бы часть этих доходов использовать для поддержки российских потребителей нефтепродуктов и опосредованно - экономики страны.

Обзор подробнее

Подпишитесь на нашу рассылку, и каждое утро в вашем почтовом ящике будет актуальная информация по всем рынкам.

Аналитики
Аналитики
Независимое агентство "Аналитика товарных рынков"
участник рейтинга
В мой блог
 

Прогнозы «Ленты Финама»

 
Делайте прогнозы, набирайте баллы, участвуйте в конкурсах и получайте призы.
Курс доллара к рублю
на 28 сентября
Сбербанк АО
на 1 октября
Tesla
на 8 октября