• Про рынок
  • Брокерские услуги
  • Банк
  • Управление активами
  • Форекс
  • Обучение
  • О компании

Меню

 
 

Россия вынуждена маневрировать внутри сжимающегося бюджета и по-прежнему следить за нефтью

Тускнеющая угроза, связанная с возможным повышением ставки ФРС (желание центрального банка США что-либо повышать охладевает на глазах), и растущие сомнения в душевном спокойствии лондонского правящего класса (особенно после назначения Бориса Джонсона руководителем МИДа) – не единственные, но значимые факторы, влияющие на мировой экономический баланс. Однако есть такие факторы и факты, которые глобально мало на что уже влияют, зато могут составить впечатляющую главу в экономических учебниках.

Число скрытых и явных политиков-антирыночников остается значительным и в первой четверти XXI века, и оно вряд ли убавится из-за того, что страна с самыми большими в мире запасами нефти (пусть и не самой легкодоступной), каковой является Венесуэла, пришла к краху в результате сознательного и целеустремленного нарушения законов рыночного хозяйства. Однако колеблющиеся имеют теперь перед глазами живой пример экономического суицида, наблюдаемого в режиме онлайн. Хронологически самые последние акты этой драмы – министр обороны, отвечающий теперь и за преодоление тотального дефицита в рамках миссии "Суверенное и безопасное снабжение" и 35 тысяч жителей страны, которые за 14 часов успели миновать приоткрытый переход в Колумбию, чтобы купить продукты, лекарства и предметы гигиены в приграничных магазинах.

Россия, многократно прошедшая через тотальные дефициты, может наблюдать за происходящим с большой географической и, надо надеяться, исторической дистанции. Хотя это и не избавляет ее от периодических призывов и рекомендаций такого сорта, что их воплощение с большой вероятностью действительно завершилось бы организацией "суверенного снабжения". В реальности она сохраняет основы рыночного хозяйства (нерегулируемые по большей части цены и свободную торговлю), однако вынуждена с растущим напряжением маневрировать внутри сжимающегося бюджета и по-прежнему следить за нефтяными котировками.

Нефть же сейчас ведет себя особенно нервно, возможно, перед тем, как на несколько месяцев выйти на иное ценовое плато. В таких ситуациях факторы, влияющие на ценовую динамику, распадаются на мелкие, противоречащие друг другу фрагменты, как, например, за последние недели: добыча в Техасе снизилась, но на Аляске выросла, однако коммерческие запасы упали, в то время как число буровых вышек увеличилось, зато ставка ФРС не растет, однако нападения на нефтяников в Нигерии прекратились, но в Южном Судане, напротив, все обострилось, а саудиты нарастили добычу, но весь прирост пошел на внутренние нужды, и далее по списку от китайского юаня до ливийских туарегов.

Плохо, конечно, что между российским бюджетом и ливийскими туарегами по-прежнему сохраняется связь, но хорошо, что нарушилась связь между котировками рубля и котировками нефти. Нефть падает, а рубль – нет, даже растет. Есть мнение, что связь утрачена лишь временно, пока компании заняты выплатой дивидендов акционерам и продают валюту, чтобы получить рубли. Сейчас, однако, мы наблюдаем довольно оптимистическую корреляцию между курсом рубля и инфляцией: в отличие от того, к чему мы привыкли за последние два года, теперь обменный курс, скорее, сдерживает цены.

Анализируя динамику потребительских цен и эффект переноса обменного курса в цены, наши эксперты прогнозируют, что в III кв. 2016 г. ждать значительного роста инфляции не следует. Согласно их прогнозу, индекс потребительских цен к сентябрю этого года вырастет (к декабрю 2015 г.) на 4,3%. При этом цены на непродовольственные товары будут расти быстрее продовольственных цен (на 4,9 и 3,4%, соответственно). При сохранении этих тенденций годовая инфляция, считают они, не должна превысить 6,5–7%.

Внешнеторговая статистика, однако, дает куда меньше поводов для оптимизма. Речь идет, правда, не об ожидаемых, а уже состоявшихся эффектах, конкретно – о значительном сокращении российского экспорта за период с января по май 2016 г. К тому же периоду прошлого года его объем составил лишь 69,5% (и 49,3% – к 2014 г.). При сохранении физических объемов сырьевого экспорта его стоимостные объемы упали не только по топливной группе товаров, но и по металлам и минеральным удобрениям. Позитивная динамика отмечена, в первую очередь, в экспорте зерна. Зато экспорт промышленных товаров высокой степени переработки сокращается и в стоимостном, и в физическом выражениях – несмотря на усиление конкурентных преимуществ российских поставщиков в результате ослабления рубля. Причины этого эксперты видят в резком снижении спроса на традиционных рынках сбыта (страны СНГ), административных ограничениях поставок на Украину, сильной зависимости от импортных комплектующих, плановом (т.е. согласно окончанию контрактов) прекращении некоторых крупных экспортных поставок.

Значительное снижение экспортных доходов в самых разных отраслях способно сократить в текущем году прибыли предприятий-экспортеров. Это, в свою очередь, может сказаться на их инвестиционном потенциале, поскольку ведущую роль в инвестициях предприятий играет как раз самофинансирование.

Так называемая "инвестиционная пауза", в которой российская экономика пребывает с 2013 г., характеризуется, по мнению экспертов, значительным повышением роли самофинансирования предприятий. Причем этот "вектор" стал проявлять себя еще с 2010 г. Так, в 2015 г. Более 51% инвестиций в основной капитал осуществлялись за счет собственных средств предприятий (37% в 2009 г.), средства бюджета и внебюджетных фондов формируют менее 17% инвестиций (22% в 2009 г.). Роль же российских банков как была, так и остается незначительной – на их кредиты приходится менее 6% финансирования инвестиций (7,2% в 2009 г.). За прошлый год собственные инвестиционные ресурсы предприятий (прибыль за вычетом налога и амортизация) выросли более чем на 2 трлн руб. и составили, по расчетам экспертов, 14 трлн. Однако для инвестиций реально используется менее половины таких ресурсов, из чего делается вывод, что в 2016 г. предприятия могут использовать для инвестиций в основной капитал порядка 6,2 трлн руб. (6,5 трлн в оптимистическом варианте) собственных средств по сравнению с 5,3 трлн в 2015 г.

Значительным инвестиционным ресурсом теоретически являются также сбережения населения. В зависимости от складывающейся экономической и политической ситуации, а также, соответственно, новостного фона население на протяжении последних двух-трех лет демонстрировало разную модель поведения – от резкого всплеска покупательской активности, скупки валюты, снятия средств с банковских счетов до снижения потребления и растущей склонности к сбережению. Однако рост средств на счетах населения (как и на счетах предприятий) – явно недостаточное условие для трансформации сбережений в инвестиции. Снижающаяся, а еще важнее – стабильно низкая инфляция, может стать одним из многих факторов, необходимых для такой трансформации.

Обзор полностью

Подпишитесь на нашу рассылку, и каждое утро в вашем почтовом ящике будет актуальная информация по всем рынкам.

Аналитики
Аналитики
РАНХиГС, Института Гайдара, ВАВТ Минэкономразвития РФ при партнерстве с АИРР
участник рейтинга
и оцените материал  
4 пользователя оценили материал на 4,2.
В мой блог
Комментариев нет.
 

Прогнозы «Ленты Финама»

 
Делайте прогнозы, набирайте баллы, участвуйте в конкурсах и получайте призы.
Курс доллара к рублю
на 31 августа
Курс доллара к рублю
на 31 июля
Курс доллара к рублю
на 28 декабря