facebook
вконтакте

Бюджет 2018-2020: консолидация и только консолидация

Бюджет РоссииИз содержания проекта бюджета и ОНБП следует, что основным вектором бюджетной политики в 2018–2020 гг. будет завершение процесса бюджетной консолидации, которое приведет к сокращению объема расходов федерального бюджета с 16,9 трлн руб. в 2017 году до 16,5 трлн руб. в 2018 г. и 16,4 трлн руб. в 2019 г. Согласно расчетам Минфина, возможности для увеличения расходов федерального бюджета в номинальном выражении появятся не раньше 2020 года.

Планируемое сокращение расходов федерального бюджета будет сопровождаться "замораживанием" сложившейся структуры расходов с преобладанием затрат на управление, силовой блок и социальную политику и недофинансированием расходов на образование и здравоохранение. Похожая картина будет наблюдаться и на уровне расширенного бюджета.

Нужно сказать, что в течение предыдущего десятилетия изменения в структуре расходов бюджетной системы в России шли в направлении, противоположном ее движению в странах ОЭСР. Так, в период с 2007 по 2015 гг. средняя доля расходов на здравоохранение в бюджетах стран ОЭСР увеличилась с 17,0 до 18,7%, а в России за тот же период она сократилась с 12,1 до 10,8%. Доля расходов на образование в бюджетах стран ОЭСР в последнее десятилетие сохранялась на уровне около 13%, в то время как в России она снизилась с 11,8 до 9,9%. Сохранение существующих расходных приоритетов на фоне планируемого снижения общего объема расходов относительно ВВП в ближайшие годы больше отдалит Россию от развитых стран и приблизит ее к государствам "третьего мира".

При всей жесткости по отношению к допустимой траектории расходов, выбранная схема бюджетной консолидации (путем внедрения бюджетных правил с "базовой" ценой на нефть 40 долл./барр. (в постоянных ценах) и при условно неизменной налоговой нагрузке на добросовестных налогоплательщиков1) содержит значительные риски недобора ненефтегазовых доходов бюджета.

Динамика доходов федерального бюджета, % ВВП

Динамика доходов федерального бюджета

Источник: Росстат, Минфин России, проект ОПБП 2018–2020, расчёты Института "Центр развития" НИУ ВШЭ

Во-первых, параметры макроэкономического прогноза, заложенные в основу бюджета, являются чрезмерно оптимистическими для выбранной траектории внешних условий (снижение цен на нефть до 43,8 долл./барр. в 2018 г. против текущих уровней 56–58 долл./барр. и их сохранение на уровнях 41–42 долл./барр. в 2019–2020 гг.). Сохранение темпов роста ВВП выше 2% в год и инвестиций на уровне 5–6% в год в таких условиях не представляется реалистичным сценарием даже с учетом успеха всех предполагаемых мер структурной политики (В 2017 году рост ВВП (на 1,5% за первое полугодие) и инвестиций (на 4,8% за первое полугодие) во многом объяснялся ростом цен на нефть по сравнению с ее низкими уровнями в первом полугодии 2016 года). По нашим оценкам, инерционные темпы роста экономики при сохранении цен на нефть в диапазоне 50–60 долл./барр. в 2018–2020 гг. будут составлять 1,0–1,5%, что, как минимум, приведет к выпадающим доходам от НДС. Замедление будет связано с продолжением эффекта бюджетной консолидации и сохранением вялого потребительского спроса, который, в свою очередь, будет тормозить инвестиционную активность.

Первый опыт 2017 г. свидетельствует о трудностях получения в бюджет запланированных объемов дивидендов по акциям принадлежащих государству компаний: ожидаемый объем поступлений дивидендов в 2017 г. на 200 млрд руб. меньше первоначально запланированного. Создать эффективную систему контроля за компаниями с госучастием, в том числе за динамикой и структурой их затрат и прибыли, пока не удается, а значит, и соответствующие поступления, заложенные в бюджет на ближайшую трехлетку, остаются под вопросом.

Рискованной выглядит и стратегическая ставка на "обеление" экономики, особенно с учетом того, что, кроме фискального эффекта, Минфин рассчитывает на "снятие барьеров для роста" благодаря улучшению конкурентной среды. Не отрицая важности поставленной задачи, мы полагаем, что борьба с теневым сектором в нынешних условиях не является действенным механизмом выравнивания конкурентных условий. Распространение теневой занятости и оплаты труда носит преимущественно отраслевой характер. По нашим оценкам, относительно низкие доли теневой оплаты труда в 2016 г. наблюдались в промышленных секторах и на транспорте. Эти сектора в целом нельзя отнести к наиболее эффективным в экономике из-за большой доли монополий, а также предприятий со значительной долей государственной собственности. Более того, они являются основными получателями бюджетных субсидий. Напротив, высокая доля теневой оплаты труда в последние годы наблюдалась в укрупненном секторе операций с недвижимостью, аренды и предоставления услуг, который включает в себя ИКТ и другие отрасли новой экономики. При этом для многих предприятий, относящихся к сфере рыночных услуг, уход "в тень" является единственным способом поддержания экономической активности, особенно в условиях вялой динамики спроса.

Подводя итог, нужно сказать, что, несмотря на декларируемые цели, нынешняя бюджетная политика скорее способствует консервации сложившейся структуры экономики, чем снятию барьеров для роста. Расчет на то, что планируемое снижение доли бюджета в ВВП будет способствовать росту активности в частном секторе, наталкивается на гораздо более серьезные барьеры, ограничивающие действие рыночных сил.

Акиндинова Наталья
Акиндинова Наталья
Чернявский Андрей, эксперты
Институт "Центр развития" НИУ ВШЭ
участник рейтинга
и оцените материал  
Ваша оценка будет первой!
В мой блог

Комментариев нет.
 

Прогнозы «Ленты Финама»

 
Делайте прогнозы, набирайте баллы, участвуйте в конкурсах и получайте призы.
Курс доллара к рублю
на 28 февраля
Собчак на выборах Президента России
на 18 марта
Курс доллара к рублю
на 30 марта